30:2—15. Значение и роль обетов.Совершение обета многократно увеличивает старание человека при исполнении определенной задачи (см.: Лев. 27; Пс. 131:2–5) или является формой договора с божеством для достижения какой–либо цели (см.: Суд. 11:30,31). Следовательно, обет отличается от клятвы, так как является не просто обещанием, а содержит некое условие. Кроме того, обет может положить начало периоду посвящения, как это было в случае с обетом *назорейства (Чис. 6), или — во время войны — проявляться в виде посвящения всей добычи Богу (Чис. 21:1–3; Нав. 6:18,19). Ввиду того что принятие обета было религиозным актом, вовлекающим божество в договор с человеком, обет не мог быть нарушен безнаказанно (см.: Исх. 20:7 и повеление не произносить имени Господа «напрасно»). Дополнительную информацию см. в коммент. к Лев. 27:2–13.

30:3—15. Обеты женщин.Согласно предписанию, изложенному в этом фрагменте, женщины не могли брать на себя обет без согласия отца или мужа. Мужчина, как глава семьи, имел право аннулировать любой подобный обет. Однако если сначала он разрешил обет, а затем стал препятствовать его исполнению, то он подлежал наказанию за нарушение обета (ст. 14, 15). В первом примере (ст. 3–5) молодая женщина находится под властью своего отца, и потому не может помешать отцу устроить ее брак или использовать ее в интересах семьи. Соответственно, замужняя женщина принадлежит дому своего мужа и не имеет права принимать решения, могущие отрицательно сказаться на ведении хозяйства и благополучии дома, не посоветовавшись с мужем (ст. 6—8; 10—13). Единственной женщиной, давшей обет по собственной инициативе и посвятившей свое дитя храму в Силоме, была Анна(1Цар. 1).

30:3—15. Зависимое положение женщин.Несмотря на то что женщины нередко оказывали большое влияние на своих мужей (особенно царские жены), в израильском обществе действовать самостоятельно могли только вдовы и пожилые женщины. Девицы, проживающие с родителями, и замужние женщины находились под властью своих отцов и мужей. Они не имели права распоряжаться собственностью, начинать какое–нибудь дело, обращаться в суд или выходить замуж по своему выбору. Все эти стороны жизни были отданы в ведение мужчин. Иногда, по–видимому, замужние женщины действительно поступали самостоятельно (напр., в Прит. 31), но это было возможно только с согласия их мужей. Насколько известно из Библии, да и из всей истории древнего Ближнего Востока, главной обязанностью женщин было ведение дома, принесение наследников своим мужьям и посильное участие в хозяйственной деятельности (земледелии, скотоводстве, ремесле). По законам *Хаммурапи, мужчина имел право развестись с женщиной, занимающейся каким–нибудь делом в ущерб своим домашним обязанностям. Пожилые женщины, вышедшие из детородного возраста, переходили в другую социальную категорию и могли выступать в роли судей (Девора, Суд. 4,5) или мудрых советниц (Фекоя и «умная женщина» из Авела, 2 Цар. 14:2–20; 20:15–22).