24:2. Исчисление.Перепись населения предпринималась правителями древнего Ближнего Востока уже в середине 3–го тыс., о чем свидетельствуют таблички из Эблы, датируемые примерно 2500 г. до н. э. Положительные стороны этого мероприятия далеко не всегда находили понимание у народа, поскольку перепись приводила к повышению налогов, зачислению на военную службу или к привлечению на принудительные работы. Поэтому неудивительно, что в народе бытовало представление, будто перепись является причиной несчастий или гнева божества. В текстах из Мари (XVIII в. до н. э.) описано бегство в горы спасающихся от переписи мужчин.

24:5—8. Маршрут.Военачальники, которым было поручено исчислить народ, сначала отправились на восток, в Трансиорданию, и дошли до Ароера, расположенного на крайнем юго–востоке. Затем они повернули на север и остановились в Дане, на крайнем северо–востоке Израиля. Название «Тахтим–Ходши» неясно, хотя анализ их маршрута позволяет предположить, что эта земля находилась где–то в районе горы Ермон, считавшейся северо–восточным пределом. Оттуда они двинулись на северо–запад, к Сидону на финикийском побережье, и далее на юг, в центральную часть страны. Интересно отметить, что после упоминания Тира (не принадлежавшего Израилю) и «всех городов хивеян и хананеян» перечень перескакивает на Вирсавию, расположенную в южной оконечности земли. Таким образом, перечень не содержит ни одного названия территорий и городов, расположенных на западном берегу Иордана.

24:9. Результаты исчисления.Итог в 1,3 млн способных к войне мужчин представляется специалистам по древней демографии завышенным числом. По их оценкам, общая численность населения Израиля во времена Давида составляла от трехсот до девятисот тысяч человек. Следует также отметить, что слово, переведенное в тексте как «тысяча», может означать воинское подразделение, насчитывающее значительно меньше людей.

24:10. Вздрогнуло сердце Давидово.Предпринять исчисление Давида побудил гнев Божий (за какие–то неведомые грехи Израиля, ст. 1). Если теперь это решение вызвало у него угрызения совести, можно предположить, что исчислением народа он надеялся умилостивить Бога. Одним из способов умилостивления божества в традиционном ближневосточном образе мышления был подкуп, то есть принесение щедрых даров святилищу. Поскольку исчисление народа сопровождалось взиманием подушного налога (см. коммент. к Исх. 30:11–16), возможно, это мероприятие было попыткой умилостивить Бога путем наполнения храмовой казны. Но Яхве не терпит такого отношения, и потому Его гнев не только не утих, но разгорелся с новой силой. Наказание явилось следствием Божьего гнева и попытки Давида смягчить его.

24:11. Прозорливец.Прозорливцы и пророки занимались, в сущности, одним делом, но их позиции в обществе несколько различались (примерно так, как различались позиции судей и царя). Очевидно, прозорливцы могли передавать секреты своей профессии ученикам или сыновьям, тогда как пророк — это человек, призванный Богом.

24:12–15. Отождествление народа и царя.На древнем Ближнем Востоке царь считался воплощением государства и представителем народа. За преступления, совершенные царем, нередко приходилось отвечать всему народу. В молитвах цари нередко просили богов даровать прощение за грехи своих предшественников, в которых видели причину нынешних несчастий.

24:16. Ангел, поражающий народ.В месопотамском «Мифе об Эрре и Ишуме» бог чумы, Эрра, предпринимает широкомасштабную кампанию истребления человечества, и удержать разбушевавшегося бога от полного уничтожения земли удается только Ишуму, его подчиненному. Бросающееся в глаза отличие (помимо многих других) состоит в том, что во Второй книге Царств Ангел полностью подчиняется Господу, тогда как в мифе об Эрре Мардук, верховный бог Вавилона, остается безучастным.