10:2. Намечавшийся договор с Анионом.В период пребывания вне закона Давид не только служил филистимским наемником, но и обращался за помощью к врагу Саула, Наасу Аммонитскому. Вероятно, между ними был заключен пакт о ненападенииивзаимной поддержке, выгодный как Давиду, так и Наасу. Большинство древних ближневосточных договоров являются вассальными и отражают право более могущественного государства налагать дань и предъявлять другие требования к вассальным государствам (см. вассальные договоры Асархаддона). Иногда, как, например, в договоре об окончании войны между Египтом и Хеттским царством в XIII в. до н. э., стороны (Рамсес II и Хаттусили III) клялись жить в мире и дружбе и заявляли о взаимном паритете. Поскольку договоры считались «вечными», в том, что Давид послал делегацию к Аннону для обновления некоторых элементов этого соглашения, не было ничего необычного. Враждебный прием, оказанный посланникам, свидетельствует о том, что аммонитяне заподозрили Давида в намерении превратить соглашение о паритете в вассальный договор.

10:3. Обращение Аннона с посланниками Давида.Каждому из людей Давида обрили половину бороды (символически оскопив их, а в расширительном смысле — и Давида), а их одежды обрезали «до чресл», уподобив их рабам или пленникам (см.: Ис. 20:4). Как послы эти люди пользовались дипломатическим иммунитетом и имели право на почтительное отношение. То, что выглядит как глупая шутка, фактически было прямым вызовом Давиду и ввергло эти народы в войну. Давид не мог оставить столь явное оскорбление своих представителей безнаказанным. Ассирийские анналы (Саргона II, Сеннахирима и Ашшурбанипала) оправдывают объявление войны в случае нарушения скрепленного клятвами договора или оскорбления действием ассирийских представителей власти. Хотя примеры в анналах проигрывают в выразительности данному эпизоду, в политическом смысле они тоже служили «перчаткой», брошенной в лицо врагу.

10:5. Пока отрастут бороды.Борода была символом мужественности. В одном письме из архива Мари ассирийский царь Шамши–Адад подтрунивает над своим сыном Ишме–Даганом: «Разве ты не мужчина? Разве у тебя нет бороды?» Смысл «послания», которое передал своим поступком Аннон, заключался в том, что Израиль лишится своей силы и будет рыдать с остриженной головой, сбритой бородой и в разорванной одежде (см.: Ис. 15:2). Посланники, будучи представителями царя, были поставлены подобным обращением в чрезвычайно затруднительное положение, но и Давид чувствовал себя уязвленным, и потому держал их вдали от людских глаз до полного исчезновения следов «оскорбления».

10:6. Коалиция.Небольшие государства довольно часто объединялись против общего врага. В данном случае Аммон, понимая необходимость укрепления своих позиций в борьбе с Давидом, обращается за помощью к арамейцам. Двадцать отрядов вышли из Беф–Рехова, расположенного на границе Сирии и Израиля (в долине Хуле близ Дана; см.: Суд. 18:28), и из Сувы (в северной части долины Бика). Беф–Рехов упоминается в египетских хрониках времен Тутмоса III. См. коммент. ко 2 Цар. 8:3 о других столкновениях Израиля с арамейским царем Адраазаром. Мааха лежит к юго–востоку от Беф–Рехова, к югу от горы Ермон и к востоку от Иордана. Последняя группа воинов (двенадцать отрядов) вышла из Истова (et–Tayibeh, в 12 милях к юго–востоку от моря Галилейского в Галааде). Таким образом, перечень союзников охватывает территорию от Оронта до Аммона.

10:7—12. Расстановка в сражении.Наличие двух фронтов (аммонитян, защищающих ворота своего города [вероятно, Раввы], и арамейцев, развернувших свои силы на прилегающей территории) вынудило Иоава разделить свое войско и разработать с Авессой план действий на случай поражения одной из групп израильтян (ср.: 1 Пар. 19:9–13). Эта тактика свидетельствует о том, что его удивило расположение противника и что у него было недостаточно сил для эффективной борьбы на двух фронтах. Несмотря на то что он находился в чрезвычайно невыгодной позиции, его план удался, во всяком случае, заставил противника отступить. Возможно, именно поэтому Иоав не развил свой успех, а возвратился в Иерусалим.

10:16. Элам.Местонахождение Элама точно неизвестно, но, вероятно, он располагался в Северной Трансиордании, между Дамаском и Хаматом (что подтверждается вариантом чтения Иез. 47:16). Здесь собрались арамейские войска, призванные Адраазаром из–за Евфрата, — местности, близкое расположение которой угрожало господству Давида над регионом. Элам упоминается в египетских «Текстах проклятий» почти за тысячелетие до описываемых событий, но это не помогает его локализовать.

10:17. Боевые порядки.Боевые порядки были выстроены таким образом, чтобы использовать преимущества рельефа и вооружения, которым были оснащены войска. В тексте сообщается, что Совак, арамейский военачальник, располагал колесницами и пехотой. Пехота, развернутая в массированные боевые порядки под командованием «пятидесятников», состояла из копьеносцев со щитами, выступавших в первых рядах, а также лучников и метателей из пращи, расположенных непосредственно за ними. Когда армии сходились, начиналось рукопашное сражение, в котором использовались боевые топоры и кинжалы. Колесницы обычно располагались на флангах, где было больше простора для маневрирования.

10:19. Покорились израильтянам.На древнем Ближнем Востоке исход войны нередко приводил к изменению политической ориентации зависимых субъектов. После поражения арамейской армии многие города и селения, клявшиеся ранее в преданности Адраазару, изъявили свою покорность и готовность платить дань Давиду. Параллели этому явлению можно обнаружить в вассальных договорах Асархаддона, а также в перечнях завоеванных городов многих ассирийских царей. Не следует, однако, думать, что Давиду удалось полностью подчинить этот регион Северной Трансиордании своему контролю. Покорность, завоеванная однажды в сражении, могла исчезнуть при первом признаке слабости.