Ирмос: Тебе́ у́мную, Богоро́дице, пещь разсмотря́ем ве́рнии: я́коже бо о́троки спасе́ три Превозноси́мый, мир обнови́, во чре́ве Твое́м всеце́л, хва́льный отце́в Бог и препросла́влен.

Расто́ргни, Чи́стая, у́зы се́рдца моего́, забве́ние и неве́жство лю́тое и окамене́ние души́ и безразсу́дство, и́миже связу́емь, ум мой тещи́ не мо́жет к широте́ зре́ния и высоте́ Боже́ственнаго ра́зума.

Оле страсте́й мойх и двиза́ний! Оле безме́рных моих зол! Ко́е студодея́ние безу́мно не сотвори́х, кий не соверши́х сладостра́стия грех? Ты же, Чи́стая, поне́ в ста́рости покая́ние ми да́руй.

Юже во мне ле́ность и дрема́ние лю́тое бде́нными Твойми к Бо́гу, молю́, мольба́ми, Нескве́рная, изгони́, и сладкопою́ща мя уще́дри: хва́льный отце́в Бог и препросла́влен.

Увы́, душе́! Ка́ко не устыди́лася еси́ е́же па́че Ха́мова безсту́дства, не покры́ла сра́ма бли́жняго твоего́ по естеству́ же и благода́ти, но безчелове́чно презре́ла еси́. Ны́не же те́пле благоутро́бнеи́ Отрокови́це пока́йся.