Ирмос: Тебе́, во огни́ ороси́вшаго о́троки богосло́вившия, и в Де́ву Нетле́нну все́льшагося Бо́га Сло́ва поим, благоче́стно пою́ще: благослове́н Бог оте́ц на́ших.

Егда́ прииму́ во уме́, Всечи́стая, суд неумы́тный и помы́слю дела́ безме́стная моя́, себе́ отчаява́ю, но Ты мой мрак и печа́ли тьму дале́че отжени́.

Сна ле́ности и унылаго разслабле́ния от бра́шен невоздержа́ния быва́ющих исправле́ние даждь, и душе́вным бо́дрством и умиле́ния све́том мя просвети́.

Пла́чу и рыда́ю и убоя́хся, напа́стей пещь на мя воздвиза́ему зря, окая́нный, но угаси́ сию, Всесвята́я, ми́лости ороше́нием, благоутро́бия я́ко исто́чник.

Безме́рная согреше́ний бу́ря пости́же мя, окая́ннаго, и к бе́здне поги́бели влече́т, Богома́ти. Яко Ко́рмчию ро́ждшая, Де́во, к приста́нищу безстра́стия мя упра́ви.