Кризис Закона о защите материнства и детства 1951 года часто называют моментом, когда Ирландия заглянула в зеркало и испугалась своего отражения. Парадокс ситуации заключался в том, что католическая иерархия выиграла тактическую битву, но проиграла стратегическую войну за будущее страны. Вынос тайной дипломатии архиепископа Маккуэйда на страницы газет нанёс непоправимый урон репутации Церкви. Ирландское общество впервые увидело, что за консервативной риторикой о «защите святости семьи» скрывались прагматичные корпоративные интересы медицинского лобби и властные амбиции духовенства. Этот скандал заложил фундамент для подспудного, глубинного разочарования в клерикализме, которое зрело десятилетиями.

Настоящий, лавинообразный крах католической системы развернулся на рубеже XX и XXI веков. В 1990-е годы Ирландию потрясла серия страшных разоблачений. Независимые государственные расследования вскрыли системный характер физического и сексуального насилия над детьми со стороны священников и монахов. Выросшие поколения ирландцев увидели, что высшая иерархия десятилетиями знала о преступлениях, но методично покрывала их, заботясь лишь о репутации института. Отчёты о принудительном труде женщин в «Прачечных Магдалины» и массовых безымянных захоронениях младенцев в церковных приютах (таких как приют в Туаме) окончательно уничтожили моральное право Католической Церкви диктовать законы обществу. Церковь как доминирующий государственный институт потерпела полное моральное и административное банкротство.

Уникальным индикатором этого краха стал не только массовый отход от религии вообще, но и поразительный массовый исход ирландцев в протестантизм, зафиксированный в конце 1990-х и 2000-х годах. На протяжении всего XX века численность протестантов на юге Ирландии неуклонно снижалась, и католические лидеры были уверены в том, что страна «исцеляется» от протестантизма, как от «английского наследия». Однако, согласно официальным данным переписей населения Ирландии , именно в период глубочайшего кризиса доверия к католическим иерархам начался резкий рост традиционных протестантских общин.

Численность прихожан англиканской Церкви Ирландии (Church of Ireland) между 1991 и 2002 годами внезапно выросла почти на 30% — с 89 тысяч до более чем 115 тысяч человек. К 2006 году эта цифра превысила 125 тысяч. Община пресвитериан за тот же период демонстрировала взрывной рост на 55,9%. Количество прихожан Методистской Церкви увеличилось почти вдвое (на 99,2%).

Хотя часть этого прироста была обеспечена иммиграцией, социологи отмечали важный внутренний феномен: разочарованные в действиях Ватикана и местных епископов католики сознательно искали альтернативные, более децентрализованные и прозрачные христианские общины. Быть католиком в Ирландии перестало быть синонимом патриотизма и порядочности. Всё больше родителей-католиков отдавали детей в школы под управлением англиканской Церкви Ирландии. А так как в эти школы приоритетно зачисляли детей из протестантских семей, сотни католических или смешанных семей начали официально переходить в протестантизм.

История противостояния Ноэла Брауна с архиепископом Маккуэйдом показывает, что падение самых жестких идеологических режимов начинается в тот момент, когда их внутренние механизмы принуждения и тайного давления впервые становятся достоянием гласности. Католическая иерархия, заблокировавшая в 1951 году закон о спасении детских жизней ради сохранения своей никем не делегированной и бесконтрольной власти, сама подписала себе исторический приговор.