В общей форме отношения Церкви Англии и британской монархии в период после Реформации описываются понятием «королевское верховенство» (англ. royal supremacy). В период Реформации эта концепция означала, что английскому монарху переходят те полномочия, которые прежде по отношению к Английской Церкви имел Римский папа. В 39 Артикулах веры говорится: «Ее королевское Величество имеет высшую власть в сей стране Англии и в прочих своих владениях, и ей принадлежит высшее управление всеми делами сей страны, равно церковными или гражданскими» (Articles of Religion, 37). Действующие каноны Церкви Англии также признают, что королева, «действующая по законам страны, есть высшая после Бога власть в этом королевстве и обладает верховным владычеством над всеми лицами во всех делах, равно церковных и гражданских» (Canons of the Church of England, A7). Официальный титул британского монарха по отношению к Церкви – «верховный правитель (англ. Supreme Governor) Церкви Англии».

В своем статусе верховного правителя британский монарх имеет два основных ограничения. Во-первых, он является административным главой Церкви, а не ее предстоятелем. Согласно 39 Артикулам веры, «служение Слова Божия или таинств» не входит в понятие королевского верховенства. Во-вторых, монарх осуществляет свою власть в Церкви не произвольно, а «по законам страны», которые формулируются не монархом, а Парламентом и Генеральным синодом. Действуя в согласии с неписанной традицией, монарх назначает епископов и деканов кафедральных соборов и коллегиальных церквей, но лишь по представлению Королевской комиссии по назначениям; созывает конвокации (и Генеральный синод), но лишь в сроки, определенные конституцией Синода и обычаем; заботится о замещении бенефициев в период вакансии на епископских кафедрах – но с учетом интересов всех заинтересованных сторон. Роль монарха – не принятие решений, а сообщение этим решениям легитимности.

Британский монарх носит титул «защитник веры» (лат. fidei defensor, англ. Defender of the Faith). Определенный артикль в английской версии титула указывает, что он относится не к вере вообще, а к вере Церкви Англии. На коронации монарх обещает защищать «закон Божий и истинное исповедание Евангелия» и «протестантскую реформированную религию», а также «защищать и сохранять неизменными положение Церкви Англии, ее вероучение, богослужение, дисциплину и управление, как в Англии утверждено законом… сохранять за епископами и клиром Церкви Англии, и за церквами, препорученными их руководству, все те права и привилегии, которые принадлежат или будут принадлежать им по закону».

☝️ Архиепископ Кентерберийский Джастин Уэлби коронует Карла III. Возложив корону на голову монарху, архиепископ сразу же преклонил пред ним колени и принес ему присягу как «верховному правителю» Английской Церкви

Предстоятелю Церкви Англии – архиепископу Кентерберийскому – принадлежит право помазывать и короновать монарха. По Акту о престолонаследии 1701 года, монарх, наследник престола, и их ближайшие родственники должны исповедовать «протестантскую веру» и быть «в общении» Церкви Англии. Выход монарха из Церкви Англии равнозначен отречению от престола.

Таким образом, глава Британского государства является по отношению к Церкви Англии как верховным правителем, к которому восходит церковное право, так и членом, обязанным принимать ее учение, защищать ее устройство и следовать ее нравственным требованиям.

Отношение короля или королевы с другими протестантскими Церквами не препятствует исполнению их обязанностей по отношению к Церкви Англии. Из монархов, правивших после 1701 года, Вильгельм III был также членом Голландской Реформатской Церкви. Все короли Великобритании с Георга I до Вильгельма IV включительно были также курфюрстами и королями Ганновера, возглавляя в этом качестве официальную лютеранскую Церковь этой страны; находясь в Ганновере, они исповедовали лютеранство. Королева Виктория принимала причастие в пресвитерианской Церкви Шотландии. Многие консорты (супруги) британских королей и королев были лютеранами или реформатами, никогда формально не переходившими в англиканство. Единственный после Славной революции 1688 года британский консорт, не бывший англиканином или протестантом накануне брака с наследницей престола – Филипп Маунтбаттен (принц Филипп), принадлежавший к Элладской Православной Церкви. По настоянию архиепископа Кентерберийского Джеффри Фишера, в октябре 1947 года он формально присоединился к Церкви Англии.

☝️ Архиепископ Кентерберийский Джастин Уэлби выступает на заседании палаты лордов. Заседая в Парламенте, епископы неоднократно оказывали влияние на принятие решений по широкому кругу вопросов. Так, в 2012 году голоса архиереев оказались решающими, когда Парламент не позволил правительству установить жесткий потолок социальных пособий