33‑й д<ень> м<ужества>. 10 ч<асов> утра. Пятница. Cena.

Дотинька, здравствуй, татата! Вот встала в 8. Ванны не брала. Были причины. Пила кофе. Ела бэкон с Марусей. Говорила о Гёте и бранила его страшно <?> занетрагич<еский> характер Эгмонта731, за испорченный конец т. н. трагедии, где Clärchen убивается, даже не дождавшись его казни, как самый слабый характер мог лишь сделать, потом за бессердечие, бесстыжество <так!> в «Вильг<ельме> Мэйстере»732и т. д. К сожалению, графичная <?> память Маруси ничего не вмещает, и потому говорить с ней — лишь Entladung733желчи, но не польза и наука. Потом попела экзерсисы. Да, утром в 8 1/4 устроила Лилин завтрак вкуснее. Утром Лиля прибежала в комнату Маруси и сказала: «Хочу вас поцеловать. Большой кис (kiss)734, как мама целует!» — и поцеловала, Маруся говорит, как–то особенно полно и мягко. Вообще Лидия положительно довольна своим открытием: матерью. Буду писать «Виллу». До свидания, Дотинька.

1 ч<ас> дня. Cena. До 11 1/2 работала. Привела компанию в виллу, дернула Бальмонта и чуть–чуть Мережковского735. В 11 1/2 пришла из школы Вера и, пользуясь позволением, ей данным, посещать верхний этаж, была у меня с визитом (входит она только когда я крикну «при»736, и всегда острит: «Oh bien où est le prix?»737Она мне сообщала des petites aventures romanesques738между нею и подругами в виде ссор и примирений с подарочками. Потом я еще пописала. Потом с 1‑м звонком пошла вниз попеть экз<ерсисы>, к завтраку все собрались, и оказалось, что у Кости за «nеgligence de ses devoirs»739билет штрафной, за который завтра должен 1 час сидеть в школе лишний. Маруся поехала на лекцию. Костя делает solfège. Вера и Лиля в школах.Яздесь и сейчас принимаюсь за «Виллу». До свиданья, Дотинька, татата.

7 ч. веч. Cena. Дотинька, Татата! Слушай. Писала до 4‑х, причем с полчаса дремала, потому что вчера легла после 11 -ти и совсем этого не могу выдержать. Во время дрёмы всё рассчитывала пароходы Fréssinez740и высчитала, что если к 13‑ому Мая, то буду с ним 8‑го вечером в Пирее. Иначе надо через Италию. Но вот какая у меня мысль:обдумай и тогда отвечай решительно. Не приехать ли мне тотчаси хотя бы на 6 или 8 недель, т. е. с первых чисел февраля и до 1-ого Апреля. Сережа,может быть,приедет к 28‑му Марту, и тогда на целый месяц, т. что я вполне могу вернуться через 2 недели после его приезда и встретить русскую Пасху вместе. Видишь ли, этот план имеет то преимущество, что il coupe en deux741наше одиночество, тогда как мой план пасхальный приезда только сокращает его, и срок моего пребывания в Греции почти одинаков с 13‑го Мая по 13-ое приблизительно Июля. Но он имеет очень дурную сторону,насколько я понимаю:хорошо ли прерывать твой строй теперь, а мой приезд непременно прервет его, это–то уж верно. Вот это ты рассуди совсем спокойно. Особенно же если я с тобою решусь теперь проехать куда–нибудь из Греции. Словом, ты, Дотинька, ради Бога не волнуйся, будьпростееибесчувственнее,как сам проповедывал. Видишь ли, дело ведь такое простое, раз есть средства на путь, и такой человек, как наш неоценимый друг с детьми — то все можно устроить легко, как нам удобнее и умнее, и путь ничего не стоит. Пять дней — и я с тобою. Если очень надумаешь решительно, можешь телеграфировать: я могу выехать 2‑го Февр. с Фрессинэ, а вернуться через Бриндизи или Сицилию. Все цифры нов<ого> ст<иля>. Дотинька, только не тревожься, Татата! Если этот вопрос тревожит тебя, то просто оставь всё по–старому. Оно, может, и лучше по–старому. Прежде же всего надо быть спокойным, разумным, тихим и как можно лучше употребить дорогое время на книгу дорогую новую и на дорогой боаницек. Вот, Кисенька моя, золотая капелька, будь же хорошим паматитом и не волнуйся. Я же всегда твоя и здесь и с тобою… 9 час. Были после чаю у дедушки. Как ни предполагала ходить к нему 3, 2 раза в неделю — не дозволяет сердце! Старик так и льнет, так и льнет. Сегодня обнимал меня, обнимал, до порога на двор сверху провел, всё прижимал к себе и Марусе руки целовал, и вдруг говорит: «Я, душенька, завтра к тебе приду». Это когда я сказала, что постараюсь зайти, но не поручусь, оттого что должна к массажисту и к Костиной директрисе. Дома тепла хоть отбавляй. Печь в комнате Miss Bl<ackwell> и саламандра в hall греют весь дом вплоть до нашей комнаты. Спокойной ночи, Дотик. Впрочем, еще попишу «Виллу».

34 д. м. Субб. 9 1/2 ч. утра. Cena. Только что кончила экзерсисы и пришла наверх. Дотик, за брэкфастом читала твое письмо от Вторника 1-ого Янв<аря>, порученное с 31 Дек<абря> Ангелу, и от Субботы на предыдущей неделе, дошедшее вместе с ним742. Верно, в Воскресение 30 Дек<абря> не было почты, потому что не было Méssageries. Кстати, читай всюду, где я сдуру поставила вчера Фрессинэ, — Méssageries. Дотик, это хорошо, что ты кушал шеколад под Нов<ый> Год. Кушай, Дотик, его много. В «Корзине Дотика» его очень много. Дай хозяевам и сам ешь во славу, потому что, оказывается, за грош можно пересылать, и он грош стоит. Я здесь и вечером в постели, и утром, как проснусь, так его ем. А вот что:что ты и как изволишь кушать к брэкфасту?Отвечай. Спасибо, Дотинька, за все дорогие ласковые словечки, и как они оживляют меня. Только в этом письмеце скрыто настроение твоей души или она без настроения только в работе? А боанитик? Дотик, оцени мои советы и мои мольбы. Как ты приедешь домой, а боанитек еще всё не напечатан. Дотинька, ради нашей любви, ради обещания своего возьмись энергично и отошли его. Не сердись за мои мольбы. У меня так больно щемит сердце, и ты помнишь, как я плакала, и ты обещал. А где же ты исполняешь? Хотя ты и пишешь, что над ним veille743, но есть степень во всем, и на этой степени интенсивности, очевидно, обещаниескоройотсылки не исполнится. Ну, молчу, ты знаешь, что я привыкла во всем тебе доверять, когда речь идет о задуманной или текущей работе, и никогда не тороплю, не насилую тебя, но в данном случае работа сделана, свитки написаны и лежат в Урне Храма Труда, зачем ждать Змеи, чтобы из Пожара метать их в толпу под Дворцом744? Дотинька Жизнь, Радость, Свет мой, целую. До свидания. Б<орски>й <?> прочитал письмо Соф. Аммес. <?>745.

8 час<ов> веч<ера>. Cena. Только что Костя вышел из ванны. Только что молилась с Лилей. Только что Вера кончила вырезать контуры какой–то карты. Только что подумала сказать Тотику, что я месяц молодой увидела справа. Значит, за нас обоих, потому что если мне хорошо будет, то и Тотику, а если ему будет худо, то и мне не может быть хорошо, а месяц–το был справа. Еще хочу похвастать, что меня Miss Bl<ackwell> очень боится. Это мне льстит. Я с ней болтаю, ласкаю ее, но очень решительно говорю свои желания, и она прислушивается к каждому слову, к каждой интонации и сейчас волнуется и сообщает Марусе: «Это, кажется, не нравится Mrs. Ivanov» и т. д. Очень горжусь. Дотинька, вот что было сегодня. После завтрака в 1 час поехали в город Маруся, Козля и я к Гренауэру заплатить деньги и получить последние советы. После него Маруся пошла с Костей заказывать ему башмаки, я же с визитом к Mrs. Strachan. К счастию, ее не видела: она была с головной болью. Потом с визитом к Mme Sibelin <sic!>, это дама с двумя мальчиками, бывшая на Musical Entertainment746, один глупенький, я писала. Она большая музыкантша, образованная, приятная, развитая. Она дает концерты и уроки. Она друг Жуковских. Она в каком–то музыкальном обществе, где они хотят поставить оперу Масснэ «Марию Магдалину»747. Она очень мечтает залучить меня на свои музыкальные Субботы. Предчую <так!>, что может быть мне будет случай со временем петь. Что ты думаешь. Ступить ли мне на этот путь? Я теперь–то сказала, что еще не решаюсь на людях петь, потому что голос запущен. После нее я пошла в школу Кости, где видела его директрису. Она очень умная на вид женщина и изучила Костю умно и пресизно748. Она говорит: «Он добрый и совсем не mauvais749. Но obéir lui est une souffrance. Il ne supporte pas d’etre commandé. C’est ce qu’il doit apprendre et ce que l’àge l`apprenderà II ne veut pas mentir mais il veux <sic!> toujours expliquer tout pour son avantage pour se defaire d’une responsabilité et ilsement. 11 pourrait travailler très bien parce qu’il est immencement intelligent, mais il veut toujours questionner bien qu’il sàche très bien ce qu’il demande à lui étre expliqué»750. Кроме того, она рассказала, что однажды она его застала пишущим под столом во время урока, и так как это запрещено, конфисковала в карман бумажку. Когда же потом разглядела, там было написано: «Mamà chérie comme je t’aime, comme je serai heureux quand tu reviens!»751И она была этим тронута и говорит: «C’est parce qu’il est bon que je prend volontiere la peine de combattre son mauvais caractère, sa désobéisance. Ho carnet егоОиMauvaise semaine»752.

35‑й день. Воскресенье. Cena.

Но вообще, Дотя, нет людей со Словом! И как мир, так и люди тесны. Это результат вчерашних визитов, результат умственный; физический был — головная боль и фенацитин <так!>! Утро сегодня хорошее. Было твое письмо с письмом к Верушке. За брэкфастом воскресным Верушка читала громко твое письмо. Представь себе, что она лучше разбирает твой почерк, чем Сережа, и читает просто так же хорошо, как я, и говорит, что она страшно любит твой почерк. Она так innig753, так внимательно и с гордостью прочитала длинное письмо, что мое сердце радовалось. Маруся получила письмо от матери, где та пишет, что наша семья и сама Маруся совсем сливаются у нее в одно, и благополучие «Лидии и детей» теперь так же близко ее касаются, как и Марусино. И про тебя нежно спрашивает. А Юл<ия> Мих<айловна>, получив пакетик, посланный нами через Зиновьевых, совсем с ума сошла, вообразив, что ты и я приехали. Дотя, о 700 фр. мы похлопочем, и уже давно подали жалобу754. Здешняя почта очень горяче принялась за дело. Вчера в сочельник крещенский Вера и Кристина (Костя был оставлен на лишний час в школе) ходили на Водосвятие — и обе были очень довольны и службой, и друг другом, и угощением (молоко и булки), которое они, проголодавшись, себе доставили. У нас теперь в доме так тепло благодаря моей саламандре, которая путешествует то в Hall, то в гостиную, и никогда не гаснет, и маленькому calorifère у Miss Bl<ackwell>, тоже вечного <так!>. Я же живу с моей керосинкой (запаха не имеющей) в дружбе, достигаю 9, 10°, и теперь больше не жгу бальзамических бумажек755: храню их до тебя. Сегодня Вера не хочет идти на каток. Она хочет провести «тихое, домашнее воскресенье». Принимаюсь за «Виллу».

8 ч<асов> веч<ера>. Cena. Сейчас дети позовут меня прощаться на ночь. Пока записываю тебе отчет дня. После завтрака я разбирала все свои старые ноты, что было немножко и больно и сладко. Тем более, что для вящего напоминания прожитых мук оказывается, что мой голос в состоянии вечной легкой хриплости, так что вчера вечером бросила петь посреди «Se i miei sospiri»756. И сегодня отложила петь экзерсисы. Это до слез грустно, но этот климат мне не по горлу. Дети сходили на часок к дедушке и с Miss Bl<ackwell> и к пяти вернулись. Говорят, Лидия несносно кривлялась всё время. Остатки кривляния она показывала за обедом. На нее находят противные дни. До обедараннегов 5 ч., мы с Марусей сидели наверху, она искалабезуспешноу Пушкина для меня «Не дорого ценю я громкие права». Найди, Дотя, и выпиши дальше несколько строк. Я мучаюсь своею «виллой». Не умещается всё, отвратительная распределительная работа без божества, без вдохновения757, голову всунешь — хвост вылезет и т. д. Обед был в пять. После обеда гадали воском: Вере снова, как и в прошлый год, вышел Крест. Косте коляска! верно, знак, что он заслужит свою. Он в бешеном был восторге. Вера тоже. Мне вышла я<с>ная, бесспорная черепаха. Марусе морской конь. Лидии ящерица. Оле голая нога. Кристине сердце пронзенное. Miss Bl<ackwell> непонятно. Потом ходили за ворота и бросали башмачек, как пели в песеньке758. Косте вышло носком в дорогу, Вере в сад домой, Miss Bl<ackwell> прямо в café. Потом зажгли елку, пели песни, плясали вальс и польку, ели гостинцы. Елку украсили прелестными яблоками. Дети, в особенности Вера, были в восторге. Она всё ластится ко мне. Просто обожает меня, так и Лидия, а Костя не умеет так <1 нрзб>. Вера не позволяет жечь елку, просит поставить в сад. Дотик, мы получили 5 карточек, прелестную <?> от Ангела и что–то очень <1 нрзб> по–гречески. Вере про алифию <?> и что Христос — алифия759. Косте насчет Византии, о<с>новы христианства и величия Константина мегиста и Елены760. Сереже не поняла, и Лидии тоже. Думаю всё послать Сереже, чтобы он показал Пэтону. Их повеселит, и будет тэма для беседы. Кстати, письмо посылаю, всё забывала, от Пэтона. От Сережи имела откр<ытое> письмо только по делу761, жду послезавтра отчета более подробного. Я велела ему писать мне и тебе вместе по–старому, но адресовать сюда, а я стану пересылать. Как думаешь? Иду к детям, потом чай, потом попишу.

36‑й д<ень> м<ужества>. 10 утра. Cena. Понедельник. Дотя, я не писала больше, а легла спать после чаю, и как–то голова болела ночью, и сегодня даже после ванны всё тяжела. Сейчас буду переписывать греч<еские> письма. Думаю о том, чтобы купить подарочки Птемасе <?> и Леон<идасу> и послать. Дотя, как полна твоя ученая жизнь! Любо читать и страшно помешать. Твоя, мой Дотинька, Лидия762.

Дотинька, со след<ующей> почтой пришлю подарочек, и письма Ангелу с Фотиной: они мне и к Нов<ому> году прислали самовольно <?> карточки. Очень благодарю их.