Понед. 20 Янв. / 2 Февр. 03

№ 1

Дорогая Радость! Все у нас хорошо и благополучно. Будь спокойна. Мы оба, быть может, преувеличивали трудность положения. Оля еще лежит, хотя и порывается встать и действовать. Я ее удерживаю. Христина справляется сравнительно легко и гладко. Она ведет себя очень спокойно и мило. Между тем она делает большое усилие — не потому, чтобы работа и заботы ее подавляли — вовсе нет, — а потому, что она также кандидатка в grippés2231. К вечеру у нее разбаливается голова, и глаза всегда мутные, и легкое недомогание постоянно; если однако у нее объявится настоящий грипп, то она, вероятно, только заменит Олю в «палате больных», а может быть все и так обойдется. Очаровательная и спокойно, серьезно деятельная Вера, наша председательница за столом во время repas2232, сегодня пошла с утра в школу, но если случится какое–нибудь затруднение по хозяйству, она останется дома, и этого будет достаточно, чтобы придать устойчивость и порядок внутренней жизни виллы Java Из того, что Костя с нами, что Вера начала ходить регулярно в школу, что сегодня все же состоится урок Остроги, — ты можешь убедиться, до какой степени у нас все в порядке. Заботу причиняет мне больше всего именно Вера: 3 раза в неделю (по понед<ельникам>, вторник<ам> и пятницам) ей нужно быть в школе с 8 часов: сегодня, напр<имер>, первый урок — рисование, завтра — немецкий. И хотя она не жалуется на большую усталость, вид у нее сегодня немного утомленный, и голова временами побаливает. А сегодня нужно еще вернуться в школу пополудни. Не знаю, пойдет ли дело на лад. Если голова будет часто болеть, нельзя будет продолжать регулярное посещение школы. Напиши, как тут быть. Я в день твоего отъезда уже был на ногах. Пришел проведать нас Острога, с предложением взять на следующий день (воскресенье) детей на прогулку, чтобы способствовать устроению нашего смятого бурей коллективного существования, но от этого предложения, разумеется, мы отказались. Христина сочла возможным угостить его и ужином, и мы проболтали с ним до 12‑го часа вдвоем. Я чувствовал себя, правда, очень разбитым и дрожал как в лихорадке; но на другой день мне было совсем хорошо. Сегодня я еще не выхожу, но немочь, кажется, миновала совсем. С Острогой мы все беседовали об искусстве, я развивал взгляды на будущность лирики, как grand art2233. Курьезно, что он увлекается очень моим «Под древом кипарисным» (просил разъяснения!) и «Святой горой»2234.

От тебя — вестями твоими живем и дышим — имел сегодня картолину из Франкфурта и телеграмму из Вержболова2235. Сегодня к вечеру ты должна быть в Петербурге. Как–то приедешь, и что найдешь? С тобой постоянно. Orasempre.

Твой Вячеслав.

Передай мой глубокий и сочувственный привет Елизавете Николаевне, брату, Эмме Васильевне2236. Желаю тебе мужества и доброго часа.

В.

Отправь от себя сборник Яковлеву, Пабст, Зиновьевым2237— dédicaces2238посланы Марусе.

Целую В.2239