День 18. 1 Янв. / 19 Дек. ‘902

7 час<ов> веч<ера>

Лиля—Радость, я очень счастлив твоим светлым письмом433. Я вижу, что тебе хорошо и что у нас хорошо. Живо встает образ нашего дома и семьи, куда самоотверженная энергия любви Марусиной принесла Эвномию и Хариту434. Как радостно мне благообразие, εύσχημοσύνη435детей! Маруся, создающая гармонию! Маруся, играющая на кифаре: «Большой палец» в роли плектрона436! Чудеса творит любовь. Скажи ей мое умиление.

Опустив письмо тебе и два δελτάρια437Вере и Оле в 11 ч<асов> 5 м<инут> (что заставляет меня беспокоиться за своевременное их прибытие), я направился в Институт, где был до «после завтрака» (завтракал приблизительно от 1 ч<аса> до 1 1/2; хозяин спрашивал опять о твоем здоровьи и письмах438. В Институте оставил карточку Дерпфельду, виделся с Шиффом и Вильгельмом. Последний, после обмена новогодних приветствий, завязал разговор, спрашивая, долго ли я пробуду здесь, поеду ли на giri439и почему говорю по–немецки «so ausgezeichnet»440; так что я ему рассказал коротко свою научную биографию. «А я, представьте, не был в Риме!» И он стал, облизываясь, говорить, как хорошо заниматься Грециейримскогопериода, потому что эта область так мало исследована! Я должен был разочаровать его признанием, что меня интересует теперь совсем другое. Говоря о том, что сам он вполне сосредоточился на одном, я похвалил его удивительную продуктивность; он защитился против подразумеваемого возможным смысла «Vielschreiberei»441заявлением, что всегда боится скоро высказываться и доверять первому впечатлению и по возможности медлит. Я прибавил еще, что его работы мне кажутся, при их многочисленности, всегда и очень точно отделанными, — и, кажется, он был доволен. Из Института в 4 часа я, выпив пива, пошел, увлеченный чудесною свежей погодой, в королевский сад, где побродил, вспоминая наши блуждания. Начал, как у нас заведено было в последнее время, с аллеи тех вееролистных пальм и, конечно, побывал и на холмике; олива под ним тебе кланяется.

Дома неожиданно (я уже привык, что письма приносят поздно) нашел твое светлое письмо. Хорошо, что ты делаешь всех так счастливыми. В частности разумею подарок Miss B<lackwell>. Хотелось бы мне быть при твоих рассказах в уютной гостиной и все опять переживать с тобой. Хорошо, что дети имеют мир душевный, что Лидия тебя привлекает…

Фотини (несомненная клефтра442) принесла вымытую твою рубашечку — и сейчас же торжественно подносит ее к твоему портрету с целою речью в своем церемонном стиле. То же повторяется с новоприобретенною блестящею солонкою, украшенною зеленью. Твою загадку — кто такое жирный нахал443, — я отгадал тотчас; ты мою последнюю нет. Знай же, что первый стих означает твой портрет (фотография), а второй — твою телеграмму (электричество)444.

День 19. Чете. 2.I/20.XII

1 1/4 ч. дня

Вернулся из Музея, где разбиралась одна псефизма (народное постановление) и надпись с балюстрады Ники, о которых говорил при тебе Дерпфельд, — через пинету домой позавтракать и поспать. Нашел твой портрет украшенным: Фотини прикрепила к штендеру445мою закладную ленточку (лиловую) и вчерашний бутон, лежавший в ящике бюро… Клефтра, клефтра… — только не Лулука446!

5ч.

Мой five o’clock tea447окончен. Ленточку я снял, а бутон (распустившийся) оставил над твоей головой. Так красивее.

День 20 Пятница 3.I/21.XII

Утром в Инст<итуте>. За завтраком получил прилагаемое письмецо тебе448. Леонардо очень ждет ответа. Удосужьтесь с Сережей написать. Воспользуйся также Сережей, чтобы написать Фотини: ей это очень польстит, и она будет радоваться. Да и вам очень полезное упражнение. Спячка моя продолжается, сплю до 4 часов. Ночью часто не могу спать подолгу. Лампу тушу в 11 ч<асов> чаще всего.

О боуницике449думаю. «Ne vous tourmentez pas»450. «Pian piano»451.

8 1/2 час<ов> веч<ера>

Приготовил письмо и 3 δελτάρια (Лиле, Косте, Сереже), чтобы поручить все это Ангельскому попечению, — как вдруг неожиданная радость: Ангел приносит письмо452(и газеты) — как оно так скоро пришло? Ангел говорит: море спокойное. Начинаю читать.

Любимая Радость, очень счастлив тем, что ты пишешь, и очень растроган. О сборнике, повторяю, забочусь. Дни мужества ты перепутала: 30 Дек<абря> = 16, а не 15 д<ень> м<ужества>. Как я счастлив видеть три странички, написанныепером,и узнавать твой старый флорентийский почерк. Хорошо у тебя в нашей комнатке. Я бодр и радостен. Orasempre.

Благодарю за письмо Сережу453.

Я написал в первый раз Лидюше, и вдруг получаю ее первое письмецо. Очень обрадован.

Фотографируйте мне елку. И хочу видеть вас всех. Ждурядафотографий. Также изображения «столика смешного»454.

Сереже филологическая проблема. В δελτάριον, который ему посылаю, французская надпись под картинкой не соответствует греческой. Намеренно это сделали или нет? Я думаю: ненамеренно. Быть может, здесь ошибка уха переводчика с греческого на французский (быть может, ему читали по–гречески названия картинок, а он писал по–французски).

В чем несоответствие? И отчего я предполагаю ошибку уха? И что думает обо всем Сережа?

Упражнение в «критике текста».

Возможно, что мама догадается даже лучше. Άγωνοθετέω455.

Справлялся на почте: римского mandat de poste456все нет. Прошу принять энергичные меры.