Даже самый беглый обзор Библии дает представление о значении и повсеместной распространенности Ж-ний. Ими, как вехами, размечается все течение истории: у первобытного ч-ства (Быт 8.20), в деяниях праотцев (15.9…), во времена Моисея (Исх 5.3), при Судьях и при Царях (Суд 20.26; 3 Цар 8.64), в послепленный период (Езд 3.1–6). Ими определяются ритмы существования и отдельной личности, и общины. Горизонт еще более расширяется благодаря таким фактам, как таинственный эпизод с Мелхиседеком (Быт 14.18), в к-ром предание усматривает жертвенную трапезу, или как служение Иофора (Исх 18.12): за пределами избранного народа (ср Ион 1.16) такие Ж-ния выражали личное или коллективное благочестие. Пророки провидят, что в будущем Господу будут совершать приношения и язычники (Ис 56.7; 66.20; Мал 1.11). Так, набрасывая грандиозные исторические полотна, писатели ВЗ не представляют себе религиозной жизни без Ж. В НЗ разъясняется сущность этого прозрения и ему дается особый и окончательный смысл.

I. РАЗВИТИЕ ОБРЯДОВ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ

ВЗ

1.От первоначальной простоты…— В самые отдаленные времена, какие можно различить в библ. истории, обряд отличается первобытной простотой, соответствующей нравам кочевников или полукочевников: воздвигаются *жертвенники, призывается *имя Божие, приносятся в жертву животные или плоды земли (Быт 4.3; 12.7 сл.). Определенных мест для этого нет: жертвы приносят там, где Бог являет Свое действие. Примитивный глиняный жертвенник и передвижной шатер (Исх 20.24; 23.15) свидетельствуют о случайности и временности древних мест поклонения Богу (*культ). Сначала не было и особых священнослужителей: заклание совершалось главой семьи или племени, а при монархии — царем. Но уже в ранние времена эту обязанность начинают исполнять выделенные для этого лица (Втор 33.8 слл; Суд 17). Во времена же царя Иосии *Храм стал единственным очагом всей деятельности, связанной с Ж-ми, а священники оставили исключительно за собой совершение Ж-ний, иногда при содействии левитов.

2. ксложности обрядов.— Эта сложность возникает из обогащений историческим наследием. Происходит развитие, ведущее к множественности, разнообразию и обособлению разных видов Ж-ний. Это развитие объясняется многими причинами: переходом от кочевого и пастушеского состояния к оседлой и земледельческой жизни, ханаанским влиянием, возрастающим значением *священства. Израиль усваивает элементы, заимствованные от соседей и производит между ними отсев, изменяет и одухотворяет их. Несмотря на возникающие иногда злоупотребления, связанные с народными верованиями (Мих 6.7; Суд 11.30 сл.; 3 Цар 16.34), он отвергает ч-ские Ж-ния (Втор 12.31; 18.10; случай, приведенный в 1 Цар 15.5.33, является не Ж-нием, а исполнением заклятия). Израиль обогащается культовым наследием других народов, исполняя этим свое назначение как посредника, направляющего к истинному Богу обычаи, искаженные языч. представлениями. Обрядовый устав его пополняется и усложняется.

II. РАЗЛИЧНЫЕ ВИДЫ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ

1.От представленных в истории разнообразных видов…— С самого начала в Библии засвидетельствовано сосуществование разных типов Ж-ний. Всесожжение(’олах),неизвестное жителям Месопотамии и позже занесенное в Египет, упоминается уже в древних преданиях и в кн. Судей (Быт 8.20; Суд 6.21; 11.31; 13.19). Жертву — тельца, ягненка, козленка, птицу — сжигали полностью, знаменуя этим полный и невозвратный дар. Другая категория Ж-ний, очень распространенная у семитов, заключалась в основном в священной *трапезе(зебах шеламим): верующий ел и пил «перед Ягве» (Втор 12.18; 14.26); Синайский Союз—Завет скреплен таким Ж-нием (Исх 24.4–8), Конечно, не всякий свящ. пир обязательно предполагал Ж-ние; но на деле в ВЗ оно входило в состав пиршеств мира (*общения): одна часть жертвы (из крупного или мелкого скота) по праву принадлежала Богу, Владыке жизни (излитая кровь, сжигавшийся тук — «пища Божия», «яства Ягве»), тогда как мясо служило пищей пирующим. Довольно рано стали применять также умилостивительные обряды (1 Цар 3.14; 26.19; 2 Цар 24.15 …; ср Ос 4.8; Мих 6.7). По очень древней формулировке (Быт 8.21), сохраненной и истолкованной в духовном смысле (Лев 1.9; 3.16), Бог «обонял приятное благоухание» Ж-ний.

2. ксинтезу,осуществленному книгой Левит.— Кн. Лев техническим языком и в систематическом порядке говорит о приносимых Богу *«дарах» (Лев 1–7; 22.17–30), кровавых или бескровных(минха): всесожжениях, приношениях хлебных, жертвах мирных (*евхаристических, т. е. благодарственных, по обету или по собственному усердию), жертвах за грех(хатта'т)или жертвах повинности(ашам).Но эти рубрики не угашали духа: тщательно установленные действия приобретали свящ. смысл. Жертва всесожжения была связана с чувством *благодарения или молением об умилостивлении (Лев 1.4; Иов 1.5). За порой слишком мелочной терминологией обнаруживается обостренное чувство *святости Божией, непрестанное сознание *греха, неудовлетворенная потребность в очищении. В этом ритуале понятие Ж-ния концентрируется на идее умилостивления. *Кровь играет во всем этом немалую роль, но ее действенность зависит, в конечном итоге, от воли Божией (Лев 17.11; ср Ис 43.25) и предполагает *покаянные чувства. Возмещение за обрядовые осквернения, за невольные провинности наводило мысль верующих на очищение сердца, так же, как законы о *чистом и нечистом направляли души к воздержанию от зла. Трапеза шеломам, т. е. жертва мирная, выражает и осуществляет в *радости и духовном ликовании общение ее участников между собою и с Богом, так как все они причастны к той же жертве.

III. ОТ ОБРЯДОВ К ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЮ ДУХОВНОМУ

1.Обряды как знаки «духовного жертвоприношения». — Библ. Бог не ищет выгоды от Ж-ний: Ягве не может быть должником ч‑ка, к-рый есть Его подопечный. Обряды дают видимое выражение внутренним чувствам: *поклонению (всесожжение), стремлению к близости с Богом(шеламим),признанию своего греха, жажде *прощения (умилостивительные обряды). Ж. совершается при обряде заключения *союза с Божеством (ср Быт 8.20 слл), в частности на Синае (Исх 24.5–8); оно освящает народную, семейную и личную жизнь в особенности при паломничествах и *праздниках (1 Цар 1.3; 20.6; 4 Цар 16.15). Беседы (Исх 12.26; 13.8; 24.4 слл), исповедание веры (Втор 26.5–11), *исповедь грехов (1 Цар 7.6; ср Лев 5.5), псалмы (ср Пс 21.23–30; 26.6; 53.8) нередко выявляют духовное значение материального действия. Согласно 22 гл. Бытия, являющейся вероятно хартией храмовых Ж-ний, Бог отвергает ч-ские Ж-ния, а заклание животных приемлет; но эти дары угодны Ему только тогда.

когда ч-к приносит их с сердцем, способным с *верой жертвовать самым дорогим, по примеру праотца *Авраама.

2.Примат внутренней религиозности.— Постоянно возникавшее искушение держаться за обряд, пренебрегая его значением, вызывало многочисленные предупреждения со стороны *пророков. Их намерения иногда понимались неправильно. Они осуждали не самый принцип Ж., а его неправильное применение, в частности, следование ханаанским обычаям (Ос 2.5; 4.13). Множество обрядов само по себе не служило к воздаянию чести Богу. Прежде стольких обрядов не было (Ам 5.25; Ис 43.23 сл.; Иер 7.22 слл). Без соответствующего расположения сердца Ж. сводится к напрасному и Лицемерному действию; когда чувства развращены, оно неугодно Богу (Ам 4.4; Ис 1.11–16). С силой, свойственной духу их языка, пророки подчеркивали примат *души (Ам 5.24; Ос 6.6; Мих 6.8). Этим они не вводили нечто новое, а продолжали предание древнее (Исх 19.5; 24.7 сл.) и постоянное (1 Цар 15.22; 1 Пар 29.17; Притч 15.8; 21.3, 27; Пс 39.7 слл; 49.16–23; 68.31 сл.; Сир 34.18 слл). Внутреннее Ж. не суррогат внешнего, а самая его сущность (Пс 50. 18 сл.); иногда оно полностью может заменить обряд (Сир 35.1–10; Дан 3.38 слл). Это духовное направление, отразившееся и в Кумранских рукописях, обличало благочестие поверхностное, корыстное или не претворенное в жизнь и в конечном итоге ставящее под вопрос и сами обряды. В этом смысле пророки предвосхищали НЗ-ное откр. о сущности Ж.

3.Вершина внутренней религиозности в ВЗ.— Наряду с законодательным синтезом, осуществленным в кн. Левит, в Библии дается и другой синтез, синтез живой, ибо он воплощен в некоей личности. *Отрок Божий, по Ис 53, принесет Свою смерть как жертву умилостивления. В этом пророчестве выражается концепция уже гораздо более совершенная, чем в Лев 16. Козел отпущения, уносивший в великий День *Очищения грехи народа, несмотря на обряд возложения рук, не отожествлялся с приносимой жертвой. Учение о заместительном наказании (свободно принятом) не затронуто в этом обряде. Напротив, Отрок добровольно замещает Собою грешников. Его непорочное принесение Себя в жертву обращается на пользу «многим» согласно замыслу Божию. Здесь величайшее внутреннее переживание сочетается с величайшим отданием себя и с величайшей действенной силой.

НЗ

Иисус продолжает поучения пророков о примате души над обрядом (Мф 5.23 сл.; Мк 12.33). Этим напоминанием Он готовит умы к пониманию смысла Его собственного Ж. Соотношение между обоими Заветами можно охарактеризовать и как непрерывную связь, и как движение по восходящей линии: непрерывность проявляется в применении к смерти Христа терминологии ВЗ, относящейся к Ж-ниям; абсолютная же новизна Ж. Христа показывает, что ВЗ-ное осталось позади. Этим вводится в мир существенно новая реальность.

I. ХРИСТОС ПРИНОСИТ СЕБЯ В ЖЕРТВУ

Возвещая о Своих предстоящих Страстях, Иисус применяет буквально те же выражения, что служили для определения умилостивительной жертвы Отрока Божия: Он пришел «*послужить», Он «отдает Свою жизнь», умирает «как выкуп» за «многих» (Мк 10.45 п; Лк 22.37; Ис 53.10 слл). Кроме того, обстановка *прощальной *пасхальной трапезы (Мф 26.2; Ин 11.55 слл; 12.1…; 13.1) преднамеренно и определенно устанавливает связь между смертью Христа и принесением в жертву пасхального *Агнца. Наконец Иисус прямо ссылается на Исх 24.8, применяя к Себе выражение Моисея о «крови Завета» (Мк 14.24 п). Тройная ссылка — на Агнца, *кровь к-рого освобождает иудейский народ, на синайские жертвы, скрепляющие Ветхий *Союз- Завет, и на искупительную смерть Отрока — ясно показывает, что смерть Христа есть Ж. в полном смысле слова: она приносит множеству людей отпущение грехов, освящает окончательный Союз- Завет и возникновение нового *народа и дает уверенность в *искуплении. Именно в этом великая плодотворность Голгофской жертвы: *смерть стала источником *жизни. Проникновенная формулировка Ин 17.19 резюмирует эту доктрину: «За них Я посвящаю Себя, чтобы и они были освящены истиною». *Евхаристия, в форме трапезы, соделывая присутствующим «в памяти» (ср Лев 24.7) единственное в своем роде Ж. на *Кресте, связывает новый хр–ский обряд с древними жертвами мирными. Так приношение Иисуса и в кровавой реальности Голгофы и в таинственном выражении ее повторяет в главных чертах и *завершает ВЗ-ное домостроительство, связанное с Ж-ниями: оно одновременно равносильно и всесожжению(минха’),и умилостивительной жертве, и Ж. *мирному. Последовательность обоих Заветов неоспорима. Но своей единственностью, в силу достоинства *Сына Божия и совершенства приносимой жертвы, и своей вселенской действенностью Ж. Иисуса превосходит многообразные и многочисленные Ж. ВЗ. Словесные выражения — старые, содержание — новое. Реальность выходит за пределы категорий мышления, служащих для ее выражения.

II. ЦЕРКОВЬ РАЗМЫШЛЯЕТ О ЖЕРТВОПРИНОШЕНИИ ХРИСТА

1.Голгофское жертвоприношение и евхаристическая трапеза.— Апостольские писания в разных формах развивают следующие основные мысли: Христос становится «*Пасхой нашей» (1 Кор 5.7; Ин 19.36); «Агнец закланный» (1 Петр 1.19; Откр 5.6) устанавливает новый Завет в Своей крови (1 Кор 11.25), искупляет стадо (Деян 20.28), осуществляет Искупление грехов (Рим 3.24 сл.) и Примирение между Богом и людьми (2 Кор 5.19 слл; Кол 2.14). Как и в кн. Левит, подчеркивается значение *крови (Рим 5.9; Кол 1.20; Еф 1.7; 2.13; 1 Петр 1.2, 18 сл.; 1 Ин 1.7;

5.6 слл; Откр 1.5; 5.9). Но кровь эта изливается Сыном по воле Отца Его. Т. обр. Апостолы указывают на соответствие между принесением в жертву Исаака и Ж. Христа. Этим параллелизмом четко выявляется совершенство Голгофской жертвы: Христос, Сын возлюбленный, άγαπητός (ср Мк 12.6; 1.11; 9.7), предает Себя на смерть, Отец же, из любви к людям, не щадит собственного Сына Своего (Рим 8.32; Ин 3.16). Так *Крест открывает внутреннюю природу «жертвы в благоухание приятное» (Еф 5.2): в своей духовной сущности Ж. является делом *любви. Отныне *смерть — удел греховного ч-ства — представляется в совершенно новой перспективе (Рим 5).

В Храме был предусмотрен стол для хлебов предложения; стол существует и в хр–ской общине — «стол Господень». Ап. Павел прямо сравнивает *Евхаристию со священными трапезами Израиля (1 Кор 10.18). Но какое различие! Хр–не не только приобщаются к «святому» или даже «святому святых», — они приобщаются тела и крови Христовой (1 Кор 10.16), залога вечной жизни (Ин 6.53–58). Это участие означает и создает единство верных в одном *теле (1 Кор 10.17). Так и осуществляется идеальное Ж., провиденное пр. Малахией (1.11), действительное для всех и на все времена.

1.Образы и действительность.— Многочисленные обращения к ВЗ-ной обрядовой терминологии в Евангелиях и в апостольских писаниях показывают глубинный смысл ветхого богослужения: оно готовило и Прообразовывало искупительное Ж. Посл. к Евреям ясно выражает это учение путем систематического сравнения обоих домостроительств. Иисус, К-рый есть и Первосвященник и Жертва, заключает, как Моисей на Синае, союз между Богом и Его народом. Отныне этот союз совершенен и окончателен (Евр 8.6–13; 9.15–10.18). Более того, Христос, подобно Первосвященнику в день очищения, совершает очистительное действо. Но теперь Он упраздняет грех пролитием Своей крови, более действенной, чем жертвенная кровь в. Храме.

Верующим даруется уже не только «*чистота *тела (плоти)», но и «очищение совести» (9.12 слл). Личность Первосвященника и превосходство святилища, т. е. Неба, где совершается Ж., обеспечивают абсолютную ценность и полную всеобъемлющую действенность жертвы Христа. Это Ж. — первообраз всех других, являвшихся только тенью реальности, — не подлежит повторению (10.1, 10). Богослужение, согласно Откр Ин (5.6…) происходящее на небе вокруг закланного Агнца, подобно представлению, изложенному в Посл. к Евреям.

2.Жертвоприношение Главы и «духовная жертва» членов.— Пророки настаивали на внедрении обрядовых действий в повседневную жизнь: кн. Сир. приравнивала даже доброе поведение к Ж. (35.1 слл). В НЗ мы находим то же духовное применение к хр–ской и апостольской жизни (Рим 12.1; 15.16; Флп 2.17; 4.18; Евр 13.15). Верующие, побуждаемые одушевляющим их Духом и находящиеся в жизненном общении со своим Господом, образуют «*священство святое, чтобы приносить духовные жертвы, благоприятные Богу Иисусом Христом» (1 Петр 2.5).

СН

—> Авраам I 2 — Агнец Божий — благовония/ароматы 2 — вино I 2 — голубь 1 — дар ВЗ 3, НЗ 2 — Евхаристия IV 2, V — жертвенник — животные II 3 — Искупление НЗ 2 — кровь ВЗ 3 б, НЗ 1 — культ — милостыня ВЗ 3 — мир I 3 — мученик — начатки, первины, первенец I 2 а, II — огонь ВЗ II 1 — Пасха — пища I — причастие, приобщение ВЗ 1 — святой — священство ВЗ II 1; НЗ I 1, 2 — служитель Божий II 2, III — смерть — соль 2 — Союз/Завет — трапеза, II — умилостивление, очищение — хлеб II 3, III — Храм НЗ III 1