Не могу не выразить моей искреннейшей благодарности Вам за напечатание письма в № 243 «Русского Слова», а вместе с тем, вследствие некоторой неточности, вкравшейся в письмо, прошу, если можно, напечатать полностию краткую замётку «О долге авторов по отношению к библиотекам». В замётке этой вовсе не говорится, что авторы обязаны, кроме цензурных, доставлять ещё два экземпляра лично от себя в библиотеки Московскую и Петербургскую, а лишь признается обязанностью авторов требовать от издателей и типографий, чтобы экземпляры, доставляемые чрез цензурные комитеты в публичные библиотеки, имели надлежащие достоинства, которые и исчислены в статье и в самом письме.

Что касается до мелких статей, заметок в виде брошюр, оттисков, вырезок, то для наибольшей их сохранности и облегчения возможности ими пользоваться, долг авторов заключается в том, чтобы собрать их в отдельные книги в прочных переплётах, с полным им списком, с указанием, где были помещены или откуда извлечены и т. п. Если авторы забывают мелкие свои сочинения, рецензий на них не читают, а списки тем и другим не ведут, то в таком их отношении к своим сочинениям выражается лишь слабое сознание своего долга по отношению к читателям настоящего и будущего, т. е. по отношению к науке или знанию. Небрежное отношение авторов к своим сочинениям, которое они признают своим правом или даже скромностью, а не нарушением долга, создаёт особый класс людей, тружеников библиографов, которые, однако, при всех усилиях не могут составить полных списков сочинений, если сами авторы не примут на себя этот труд, для них не особенно тяжёлый. Требования долга увеличиваются вместе с ростом печати, с увеличением количества книг, выходящих ежегодно. Вопрос о долге вызывается условиями времени. В России может легче, чем на Западе с разъедающим его правом, развиться учение об обязанностях, и «Русское Слово» может статьсловом о долге.

N.