Милостивый Государь г. Редактор!

В № 244 «Русских Ведомостей» появилась прекрасная, по нашему мнению, замётка по поводу долга авторов в отношении к публичным библиотекам. Анонимный автор, констатируя неудовлетворительное состояние публичных библиотек в отношении полноты книжного материала, а также его доброкачественности, полагает, что такое положение созидается отчасти самими авторами: правительство, правда, обложило писателей в пользу публичных библиотек в виде представления известного количества экземпляров, но это исполняется крайне недобросовестно: то присылаются совершенно негодные экземпляры, то их вовсе не поступает. Объясняется это только отсутствием сознания у писателей их долга по отношению к обществу, с которого они получают доходы, иногда довольно крупные. В самом деле, прислатьлично от себядва экземпляра (один в Московскую, другой в Петербургскую публичные библиотеки) вовсе не так убыточно. Если автор популярен, собирает богатую дань со своих поклонников, то расхододноголишнего экземпляра не отразится сильно на кармане его, если же издание идёт туго, что часто случается особенно с научными книгами, то все равно, будут ли валяться на полках книжного магазина 1000 экземпляров или только 999. Автор–счастливец, попавший в публичную библиотеку, куда, к слову сказать, ходят больше с целью серьёзного научного чтения, скорее может способствовать расходу издания, знакомя с ним читателей путём, во всяком случае, лучшим и благородным сравнительно с рекламой. Мало того, я думаю, что требование автора, написавшего статью «Долг авторов по отношению к публичным библиотекам», т. е. к читателям, из которых многие делаются писателями, очень скромен. Несомненно, что долг авторов, даже их собственные выгоды требуют, чтобы экземпляры, доставляемые в библиотеки, открытыедля всех, были не только полными и напечатанными на прочной бумаге, но ипереплетённые, с карточками и указателем (при втором и т. д. изданиях) на рецензии, бывшие на первое издание, и всякого рода заметками на этих карточках.

Статья г. N желает основать библиотеку неуклонительно на нравственных основаниях. Опыт покажет, достаточно ли одних нравственных побуждений или потребуется ещё внешнее принуждение, издание закона, обязывающего авторов прилагать карточки и исполнять другие постановления, общей пользы касающиеся. Будет очень прискорбно, если даже для людей, получающих высшее образование (к каковым и принадлежит большая часть писателей), потребуется понуждение. Что же можно ожидать тогда от имеющих лишь низшее образование?! Этот опыт ставит вопрос: есть ли образование сила или бессилие? Желательно, чтобы статья «О долге авторском» получила наибольшее распространение именно для того, чтобы неведением нравственного закона нельзя было отказываться; желать этого распространения мыслей одолгенужно ещё и потому, что существует немало сочинений, трактующих обавторском правекак о литературной собственности, но есть ли хоть одно сочинение обавторской обязанности? Искренно желал бы, чтобы краткая замётка г. N была переведена на языки тех народов, которые знают только право и не хотят больше знать ничего, как изведано на опыте с Францией, даже в лучшие минуты дружественных отношений не пожелавшей вступить с нами в литературный обмен. Наконец, мы не думаем, чтобы газета или журнал, к какому бы направлению они ни принадлежали, отказались бы перепечатать указанную статью и высказаться по этому предмету.

Примите уверения и пр.

А. С.