Эта связь заключается, во 1–х, в учении о детственности, высшим выражением коей является Первосвященническая молитва, в ней детственность достигает широты и глубины безмерной; во 2–х, в задаче Кремля — осуществить в многоединстве Божественное Триединство, и в учении о Музее как предтече преображённого в Царство Божие Кремля, или Крепости–Кладбища.

Самое уже название Иконы–картины указывает на соединение религиозной иконописи со светскою живописью. Изображение Первосвященнической молитвы показывает теснейшее единение Сына Божия с Отцем, а вместе и цель единения, ибо в душемолящегося Сына Человеческогомы видим ужеоживлённымипраотца и отцов человеческих, как глубочайшее желание сердца, сохранившего детственность и расширившего её, сыновнюю любовь, на всех предков. Словом, в лоне Сына в лице оживших отцов мы видим Его желание, Его мольбу. В последней картине наружной росписи храма — <в картине Преображения Господня> — это внутреннее воскрешение является внешним в виде небесных миров — земель, населённых и управляемых потомками Адама, обителей многих.

Если представить, что Икона–картина Первосвященнической молитвы была бывынесена на средину храма пред чтением первого Евангелия св. Великого Пятка, где и читается этаЗаветнаямолитва, то легко понять, сколько Света пролил бы этот образ, если он был бы исполнен надлежащим образом. Это наглядный комментарий к этому не легко понимаемому Евангелию прощальной беседы, которое начинается изумительными словами идущего на позорную казнь, соединяющую физическую и нравственную мучительность с продолжительностью: «Ныне прославися Сын Человеческий и Бог прославися о Нем»526527. Нужно сказать, что четвёртое Евангелие называет славным первое Пришествие, а самым славным в этом первом пришествии, следовательно,Великий Пяток.С этим «Ныне» и начинается Великий день страдания. Всю глубину начала этого преславного дня и изображает наш художник. Была уженочь, когда Иуда вышел; предсказав своё скорое отшествие и измену Петра, Христос хочет рассеять душевную смуту, мрак в душах учеников, что было совершенно противоположно ясности и светлости, царствовавшей в душе Сына, как это изображено художником, <противоположно> и звёздам — этим обителям многим, — тихо сиявшим на тёмном небе. Икону–картину, изображающую ночь с сияющими звёздами, вынесенную посреди храма, можно было бы осветить в ту минуту, когда чтущий Евангелие произносит слова Филиппа — «покажи нам Отца» ([стих] 8) или же 11 стих, когда Христос говорит: «Верьте Мне, что Я во Отце и Отец во Мне»528, если же не так, если же недостаточно представления лишь, т. е. веры в Моё единство с Отцем, то верьте по самим делам, — разумеется здесь, конечно, самое последнее великое дело — воскрешение Лазаря. «Верующий же в Меня дела, которые Я творю, и он сотворит и больше сих сотворит», конечно, если будет в единении с Ним, а следовательно, со всеми, <если> будет на лозе529.

Начинается молитва о прославлении тем же прославлением, чем начинается и последняя беседа530. Затем говорится о Св. Духе — Утешителе, Который от Отца исходит, как говорится в Цареградском символе веры, в VIII <члене> по общему счёту. В следующей главе говорится [о том], что относится к IX члену, т. е. о Церкви, иливиноградной лозе, илиобщей любви.Пришествие же Духа истины, Который наставит на всякую истину (13 и 14 [стих]), равнозначуще «шедше научите, крестяще» (X член Символа веры).Радость же, о которой говорится далее пред самым концом беседы,радость неотъемлемая, это составитXI и XII члены.Молитва Первосвященническая — завета нового — не о заклании, ао телесном оживлении, о жизни бессмертной всякой плоти.