Памир — Эдем и Нод <(из Ленормана)>267, т. е. рай и страна изгнания, родина (колыбель) и могила Праотца. Памир как образец Кремлей (от самых древнейших Вавилонских, Ассирийских, Мидо–Персидских до новейших) и значение Самодержавия.

Памир, или высокие горы, над ним возвышающиеся, каковы Меру, Альборджи (Эльборус Гирканский), Hâra Barjat или Hâla (по–мидийски) Barjat, Aryaratu (Арарат)268, назывались Père des pays, «отцем страны или земли»; Abu Mutati, по–ассирийски, как источник оживляющих вод, как ось (стержень) движений небесных, место собрания богов иместо пребывания умерших(gharsak Kalama, по–аккадийски, Montagne de la terre, гора земли, gharsak Kurra, гора Востока).

Храмы в равнинной Вавилонии были воспроизведением этих священных гор в виде ступенчатых пирамид с святилищами на их вершинах.

Сады, которыми Персидские Цари окружали свои дворцы, были подобием рая, насаждённого на Hâra Berezaiti269.

Цари Ассирии и Вавилонии, которым подражали Персидские и Мидийские Цари, имели подобные же воспроизведения Эдема. Тип самый совершенный, самый парадиазический (Para — [«наивысшая точка», «вершина»] по–санскритски, …… <пропуск в подлиннике> …… по–зендски), в смысле подражания легендарному саду святой горы, дан был в Вавилоне в виде «Висячих садов»270. Греческое толкование происхождения этих садов, якобы в угоду женщине созданных, находит своё опровержение в барельефе, найденном во дворце Ассурбанипала в Куюнджике271.

Четыре водовзводные башни по углам поднимали воду на вершину, откуда она разделялась на четыре потока (на рисунке видны 2 потока).

Легенда производит знаки Царской власти из Вавилона. Если Кремль занимал Памира место, храм Священной горы — место Меру, [1 слово неразб.]… Мории в Иерусалиме272, то и Царь стоял в праотца место.

Памир, обращённый в неприступную крепость, защищающую прах праотца (т. е. Кремль), отделил бы Верхнюю, бедную, но воинственную Азию от Азии передней, богатой, но не воинственной (поныне ещё не поправившейся от разорения), уничтожил бы Ислам как религию войны.