Общежитие, введённое пр. Сергием, было, как справедливо замечает новейший жизнеописатель преп. Сергия, восстановлением первоначальной христианской общины, у которой, по выражению книги «Деяний апостольских», было одно сердце и одна душа..193

Община же апостольского дела была устроена по завещанию самого Господа, просившего у Отца Небесного в молитве, закончившей последнюю Его беседу на земле, чтобы Его ученики и последователи были в таких <же> отношениях друг к другу, в каких Он сам находится с Отцем. «Да будут едино, якоже и Мы»194—эта мысль составляет основу догмата Пресвятой Троицы и заповеди общежития, первоначально бывшей законом для всех, а позднее требовавшейся от немногих, составивших особое, так сказать, сословие, звание; и в этом ограничении нужно видеть не улучшение, а ухудшение.

Таково небесное происхождение общежития, или общинножития, введённого в Московском государстве пр. Сергием <и> служившего, можно сказать, завершением поземельной общины великороссийского народа, для которой <это общинножитие> могло бы в некотором отношении служить образцом. Население монастырей, основанных преп. Сергием, его учениками и последователями, выходило преимущественно из сельского общежития, потому земным источником монастырского общежития и нужно признать сельскую поземельную великороссийскую общину.

Пр. Сергий начал с единожития, как и многие из его последователей. «Пребывшу ему в пустыне единому единствовавшу или две лете…»195Действительно, нужно хотянекоторое время единому единствовати, чтобы надлежащим образом оценитьтри–или многоединствование.Только живущие в миру,не испытавшиеодиночества могут вединствованиивидеть желательное, идеальное существование. Сергий же с братом, удалившись из мира, воздвигли храмТриединому Богу, как бы показуя этим, что высшим состоянием они признают не единожитие, а житие многих в единстве.Сергий, твёрдо выдержав искус единожития, чего не выдержал его брат, считал, однако, единожитие лишь временным. Невзрачная местность, в которой преп. Сергий основал свою обитель, показывает, что он <одною жизнию> хотел жить с людьми, а не с природою196. Друг Алексия, переписавшего собственноручно Новый Завет, не мог не иметь во время своего единожития Евангелие — книгу общественного служения. Для Сергия догмат Троицы не мог быть безжизненным, как для нашего времени.

* * *

Вероятно, преп. Сергий изображался со всеми нарочитыми чтителями Пресв. Троицы197.

Господин N сообщает об иконе в селе Подольского уезда Московской губернии, на которой изображены святые, по–видимому ничего <общего> между собою не имеющие. Великомученица первых веков христианства Варвара и великий подвижник Русской земли преп. Сергий, — но изображённый над ними образ Пресвятой Троицы указывает, что глубокая любовь ко Триединому Богу и есть то общее, что заставило иконописно соединять в одной иконе святых разных веков и разных стран.

Для нашего времени, которое почерпает свои понятия о Пресвятой Троице из катехизисов и Догматических богословий, трудно понять такую любовь, какую питал к ней русский святой XIV века и дева илиопольская или никомедийская IV, или, вернее, [второй половины] III века. А между тем в стране, которую погубила рознь, отдала её на разорение и расхищение, совершенно понятно появление чтителя Св. Троицы как образца согласия и единодушия, под влиянием которой объединилась разъединённая земля. Дева илиопольская, бывшая ученица Оригена, который видел в Пресвятой Троице образец для Христианского общества, имевшего как бы одну душу, могла для Пресвятой Троицы в этом смысле сделаться чтительницею, исповедницею, мученицею.

Для народа Великомученица Варвара стала спасительницею от бурь и гроз и в то же время покровительницею огненного боя (артиллерии), что будет совершенно понятно, если взрывчатые вещества станут средством спасения <от> метеорических погромов.

* * *

В 1893 г. в предисловии к «Сказанию о построении обыденных, или обетных, Церквей»198, посвящённому 501 годовщине памяти Преп. Сергия, было указано на недостаточное прославление его памяти в день пятисотлетия его кончины и выражено желание, чтобы ко пятисотлетней годовщине открытия его мощей, ко дню, когда Господь прославил его, и мы достойным образом почтили бы его память, воздвигнув повсеместно храмыТому, Кого он выше всего чтил, притом храмы–школы,дабы и детей приобщить к прославлению Его, дабы из уст младенец была совершена хвала Ему.В той же книге «Чтений», в которой помещено было Сказание с предисловием, даже вслед за ним, появляется первое ещё исследование у нас о канонизациях русских святых199. К 4–м главам, обнимающим всю прошлую Историю канонизации, должно бы прибавить ещё статью о том, как нужно праздновать юбилеи канонизаций, показать, почему празднование дней канонизаций, прославления, должно быть поставлено выше поминовения дней кончины. Понятно, что дни, когда мы по физической необходимости скрываем под землёю даже чтимых нами великих подвижников, не могут быть поставлены выше дней, когда по нравственной необходимости они выступили из земли. Особенною необходимостью, вызвавшею явление мощей преп. Сергия, или его мощи, было прежде всего нарушение нового порядка престолонаследия, или залога единства Русской земли. Новый порядок престолонаследия настолько казался неестественным, что едва не вызвал усобицы при жизни Сергия, тотчас по смерти Димитрия Донского между другом и сподвижником Донского и его, Донского, сыном Василием200. Второю необходимостью прославления чтителя Св. Троицы было восстановление могущества врагов Св. Троицы в лице двух Царств, Казанского и Крымского, после поражения, нанесённого Золотой Орде Тимуром. Хотя Москва видела только отблеск, зарницу Тимуровой грозы, тем не менее Тимур больше возвысил Москву, чем Наполеон.ИконаБогоматери, вынесенная из Киева Боголюбским, теперь перенесена в Москву, и стала Москва Новым Владимиром и вторым Киевом, т. е. столицею, остановила ход и закрепила его двумя храмами, Сретенским и Владимирским, так же, как и Казанская икона, после освобождения от насилий Запада, устроила два храма: Введения и собор Казанский201.

* * *

За три года до смерти сына Донского202и отца несчастного Василия Тёмного, в предчувствии страшной усобицы203204, от которой Господь хранил ещё Московское княжество, начинается прославление того, кто поставлен был душеприказчиком нового порядка наследования, возжигается светильник пред храмом нераздельной Троицы, как пред образом, который должна видеть вся Русская земля, чтобы почувствовать во всей силе грех усобиц и розни.

Подобно тому, как пред первою страшною усобицею (так как усобицы были уже испытаны, уже начались) началось прославление братской любви в лице двух братьев Бориса и Глеба205, так и теперь, когда только что появившемуся единству стала грозить опасность, начинается прославление охранителя единства преп. Сергия, как бы явившегося на помощь малолетнему внуку Донского. XIV век, век Сергия, окончился счастливо для Московского государства: Великие Болгары и Малая ещё тогда Казань была взята, но только Василь–Сурск был закреплён, но не появилось ни Василь–Свияжска, ни Василь–Казанска. Оттого и Нижний Новгород, закреплённый Сергием, мог искать союзника за Окой206и допущено [было] новое возрождение для царства Аллаха, преградившее движение по Волге, отдавшее всю землю в жертву набегов, и умиротворение степи не могло начаться.

Таким образом,начало прославленияПр. Сергия — чтителя СвятойНераздельной Животворящей Троицы —совпадает сначаломусобиц и свосстановлениеммогущества противников Св. Троицы в лице двух царствКазанского и Крымского.

* * *

Если мы хотим определить Владимира Мономаха одним словом, хотим дать характеристику в виде одной пословицы, то мы должны назвать егочтителем Бориса и Глеба207, подобно тому, как Пр. Сергий назван своим жизнеописателем —чтителем Пресвятой Троицы, — и этим был определён не только характер пособника собирателей Русской земли и освободителей её от хулителей Св. Троицы, но и характер Московской Руси.Киевскаяже Русь (народ) вместе с Мономахом была чтителем Бориса и Глеба. Определение по предмету почитания не есть ли наилучшее определение: скажи мне, кто твой Бог, и я скажу тебе, кто ты таков.

Можно ли Петра 1–го определитьчтителем Александра Невского? Пётр, развращённый иностранцами, будучи чтителем Александра Невского, не был его подобием в жизни. Если Пётр дал своему второму сыну имя Александра, в честь победителя шведов на Неве и немцев на Ледовом побоище, тогда, когда он наиболее находился под влиянием немцев, то не показывает ли это почитание на истинное его отношение к иностранцам? Пётр, спасённый Троицкою Лаврою Пр. Сергия208, не только заменяет Москву новым городом, но и даёт этому новому городу «Новую Троицкую Лавру», заменяя Сергия Радонежского Александром Невским209. Не показывает ли это, что образец, чтимый Пр. Сергием и Москвою, останется образцом и для новой главы Русского государства. Есть сходство победителя на Ворскле и победителя на Неве по отношению к Востоку, первого к туркам, второго к татарам.

* * *

Статья о юбилее Пр. Сергия указываетна естественный(а не искусственный, придуманный) способ, какимсам народможет дать себе илисоздать себешколу. Народ, крещённый ещё с Х–го века без оглашения (без предварительного обучения, т. е. без школы), теперь со своим восприемником во главе завершает своё крещение в XX веке, к 1922 году, создавая себе школу, крестится верою и знанием, приходит к сознанию своего общего долга, общего дела210211. Если первая статья <(о юбилее преп. Сергия)> говорит, что в создании храма–школыпокасоединяетсявсе, для чего требуется ум (знание) и искусство, то вторая статья (о юбилее Каразина)212указывает на новое средство, на орудие внехрамового искусства, обращения смертоносной силы природы в живоносную, в котором может проявитьсяпоминовениене мыслию, не словом, картиною, а делом.

Создание школы совокупными силами есть великий образовательный акт <(говорится о построении Качимской школы)>, сказание о котором, повесть о нем должна быть положена в основу теоретического образования, потому что самое образование есть лишь теория действия, или, точнее, проект дела, слово о деле совокупном, общем, образец коего дан в учении о Троице.

Вся История России (т. е. История народа, государства, Церкви) есть крещение во имяТроицы, т. е. не в одиночку, воспитаниевсеобщее.Крещение без оглашения, как крестят несовершеннолетних, требует всеобщего обязательного образования (для совершеннолетия) и восприемника, имеющего силу ввести всеобщее обязательное образование.Самодержавиев христианском смысле естьвосприемничество.Император — предводитель народа, обращённого в войско, есть вместе восприемник — наставник всех детей этого служилого народа. В народном сознании Владимир Мономах — чтитель св. братьев Бориса и Глеба — не отделим от Владимира — восприемника народа от купели и от Владимира — основателя города Владимира, которого Москва была преемницею, и князья Московские сохранили титул Владимирских. Этого–то Владимира Москва пожелалаприкрепить к Горам Кремлёвским как к центру, прикрепив и весь народ к Русской земле, т. е. обратив всех на службу государству. С. — Петербург политическое крепостное право, <т. е.> государственную службу, обратил в <службу частную>, в барщину для крестьян, для большинства, и то, что для Москвы было непоследовательностью, злоупотреблением, то С. — Петербург сделал законом; <а> затем, уничтожая возведённое в закон злоупотребление, уничтожил вместе с барщиною и общую службу государству и тем лишил смысла и самодержавие, и церковь, и народность. Всеобщая воинская повинность была бы возвращением к старине, к Москве, если бы с нею было неразрывно соединено всеобщее обязательное образование213.

Переходы крестьянские нравственно были бы непонятны, если бы большинство их (по крайней мере) не были, вероятно, ограничены небольшими пространствами, не оставляя могил предков. — Бояре при переездах не теряли вотчин, а крестьянские переходы совершались, надо полагать, в пределах своего рода вотчины, <в пределах одного прихода,> не удаляясь от могил отцов.

К 500–летнему юбилею преп. Сергия 5 июля 1922 г.214

Мы так привыкли жить из дня в день, жить для настоящего, притом настоящего в самом узком смысле, что предложение начать теперь же приготовление к празднованию юбилея открытия мощей преп. Сергия, к 5 июля 1922 года кажется очень странным. <Но> это приготовление кдостойномупразднованию 500–летнего юбилея прославления памяти преп. Сергия вмещает в себе весь вопрос онародном просвещении, т. е. <о> теснейшем сближении двух сословий, так называемого интеллигентного, или дворянского, помещичьего, с крестьянским, <об> устранении розни между церковным и земским и примирении духовного и светского.

Принятие на себя помещиком звания учителя, что, конечно, имеет в виду не помещика унизить, а учителя деревенского возвысить, придаст помещику нравственное и даже религиозное значение, ибо дворянство — служилое сословие — есть потомок восприемника при крещении народа, который не мог исполнить этого обязательства, дела, потому что был отвлекаем войною, которая не прекращалась со стороны степи до самого освобождения <дворянства> от обязательной службы. Освобождение от службы было историческою ошибкою. Освобождение от обязательной службы повлекло бы за собою и возвращение поместий государству, если бы оно не было заменено учительством. Принятие <на себя дворянством учительства> есть дело прежде всего справедливости, но оно же и средство спасения для этого сословия, ибо вообще в деле,в деле общемзаключается спасение; потому–то противники христианства <и> требуютнеделания. Неделаниеесть последнее слово грамоты о вольности дворянства.

Недумание, или торжество земледельца, т. е. торжество невежества, и неделание, или торжество тунеядства или дворянства, осуждённого уже грамотою о вольностях на бездействие. Все это, т. е. не–думание и не–делание, требуется во имя блага, которое состоит в уничтожении. Если благо есть ничто, то это, конечно, значит, что его нет, и говорить, что оно есть, значит издеваться над человеческим смыслом — вот «Смысл жизни», открытый Толстым.