Смысл содержания «Скифии», последней части поэмы «Цена жизни», если бы этойпоследнейчасти дано былопервенствопо подробности развития и изложения, мог бы быть выражен и при помощи другого искусства, чем поэзия, —живописью, в ряде картин, приблизительно такого содержания.

Взвешиваниеили сознание своей вины, иллюстрируемое каменными бабами <(фигурами отцов)>, выходящими из покрывавших их курганов и остающимися скрытыми под ними, — составляет первые две картины. Судя по характеру народа, защищающего великую равнину, нельзя не признать, что этот народ, знаменем, гербом которого нужно признать «Весы»с черепом, представляющимвину сынов–потомков пред своими отцами и самим праотцем, при самом вступлении <в неё (в великую равнину)>,взвеся свою вину, подверг себя неумытному суду, суду страшному, сам поставил себя ошуюю, поставил себя ниже всех народов, доходил в самоосуждении до самооплевания, стал народом–мытарем, создал нравственность не сознания своего достоинства, а именно сознания своего недостоинства. Такое сознание и сделало его способным к объединению.

<Вторая картина,> видение выходящих из могильников каменных баб, то есть отцов, указывало <бы> на тех, которые были вытеснены, указывало <бы> на вину пред праотцами <их потомков>. Немые просьбы каменных изваяний не были <бы здесь> бесплодны, были услышаны.

Строение кое–где и кое–когда храмов обыденных, как соединениешколы сознания виныво грехе, как причины смерти, и храма искупления от этого греха, т. е. от смерти, искупление таинственное, — составляет тему третьей картины. Строение храмов, особенно обыденных, было прямымответомсынов раскаявшихся на просьбу отцов, выраженную во второй картине; ибо всякий храм есть и школа раскаяния в грехе, который произвёл смерть, и храм объединения в очищении от этого греха умерщвления Евхаристиею, благодарностью, равноценною греху умерщвления, т. е. возвращением жизни, которое может быть произведено этими храмами не в отдельности, а в совокупности.

Кремль в Пасхальную Ночь и в День Коронации, Кремль как центр, в Эдема или могилы праотца место стоящий, Кремль, превращающий строение обыденных или в возможно краткий срок воздвигаемых храмовв повсеместное строение и постоянное расширение и возвышение их, т. е. дело повсеместного построения храмов, производимого по мании Самодержца, — таково содержание четвёртой картины. Кремль, стоящий в Эдема, Памира место, соединив в себе все учреждения знания и искусства под покровом храма соборного, — несмотря на противостоящий ему в Офира место стоящий, вносящий ещё рознь, город, — может бытьпредставлен в день юбилея открытия мощей преподобного Сергияпроизведением, вызывающимповсеместнуюв один деньпостройку Школ–Храмовво имя Пресвятой Троицы как образца такой многоединой работы. Кремль, соединяя в себе все учреждения науки и искусств, освобождая их от служения индустриализму и милитаризму, обращает в градобитные орудия человекобитные, то есть начинает служитьне городу, а сельскому делуи из крепости, защищавшей прах отцов от себе подобных, <превращается> в крепость, воинствующую против силы умерщвляющей. Подобно Кремлю и все города, утратившие Кремли или острожки, обращают кладбища в крепости для борьбы с тучами и вообще со смертоносною силою, т. е. <обращают>города в села1324.

Кремль как крепость обращается в регулятора слепой силы природы, заменяя власть над себе подобными и войну <между ними> властью над бесчувственною силою, — <это> 5–я картина.

6–я картина. Кремль как крепость, защищающая могилы отцов, соединяя в себе все учреждения знания и искусства, обращает все кладбища в подобные себе Кремли, следовательно, превращает города в села, т. е. горожане возвращаются к праху отцов. Сыны, прах ещё живущий, становятся против праха отцов уже умерших, управляя силою, их (отцов) умертвившею.

В 7–й картине мы имеем картинное выражение для грозовой силы; но нужен ещё образ для картинного выражения солнечной силы, чтобы ясно было, как человек из мнимого солнцевода стал действительным землеводцем, как Александр из полководца стал громовником, из громовника землеводцем, который правит земным кораблём, почерпая силу из солнца.

Нужно, наконец, картинное выражение для регуляции внутренней, обращающей [силу] деторождающую в воссозидающую отцов силу. Завершением же всего цикла будет самая величайшая картина — картина объединения внешней и внутренней регуляции во всеобщем воскрешении. Из сынов и дочерей выступают образы отцов и матерей.