Что такое стены Кремля в их нынешнем виде? Драгоценный памятник старины, не ремонтируемый, следовательно, клонящийся постепенно к разрушению (обветшанию) и возбуждающий к себе сожаление. Чем они могли бы быть? Могучею образовательною силою, способною произвести высокий нравственный и умственный подъём. Таков ответ на важный вопрос, касающийся не стен только, но и самой жизни, вопрос, по смыслу которого всякая поддержка и поправка есть неизбежнонарушениестарины, а отказ от такого нарушения означает отдачу стариныразрушению.В таком вопросе нет места обличению. Вопрос касается всех людей без исключения, без различия званий, партий. Обличение было бы профанацией великого вопроса. Поэтому в нынешнем, возбуждающем жалость состоянии стен Кремлёвских мы видели лишь опасение хранителей их, страх, и даже основательный, выразить простою побелкою неуважение к старине.

Каково же было наше удивление, когда мы встретили заявление со стороны лица «близко знакомого с системою и приёмами ремонтов, производимых в Кремле», что «при ремонтах этих всегда придерживаются правила по возможности сохранять внешний вид (памятников старины) в первоначальном ихстиле, отнюдь не вдаваясь ни в какие фантазии». Действительно, никаких «фантазий» не видно, но не видно и заботы о сохранении стен, тем более о сохранении их в первоначальном их виде, так как очевидно не могли же стены Кремля выйти из рук строителей в том виде, в каком они находятся в настоящее время!

Не придавая, следовательно, объяснению гр. О. Д–ва значения совершенно ненужного оправдания настоящего печального положения Кремлёвских стен, мы продолжаем верить, что только благоговейный страх произвольно коснуться памятника старины был причиною этого положения. Но тогда указанная выше необходимость выбирать между нарушением и разрушением старины остаётся в полной силе. Предлагаемая нами, исключительно любовью и почтением к родной старине вызванная исторически–художественная роспись Кремлёвских стен должна освободить от справедливого страха, если только нам не будут приписывать то, чего мы не говорили в нашей статье. «Фантазиею» такая роспись быть не может, потому что, исполненная так, как мы указываем, «т. е. с сыновним почтением к прошлому, с любовью к родному, с правдивостью, не нуждающеюся в прикрасе, с художественностью исполнения… с благоговейным отношением к делу, с почтением к старине и к родине и с любовью»1339—исполненная так роспись Кремля была бы в истинном смысле слова отечественною работою, совершаемою с отцом отечества, Царём, во главе, совокупным трудом лучших учёных и художественных сил отечественных, соединённых сил археологов, историков, архитекторов и живописцев. Такая роспись была бы не произвольной фантазией, аединственно возможным и совершенно реальным, трезвым воспроизведением родной старины, то есть воображением бывшей действительности на стенах, что будет не «пёстрым нарядом» их, а облечением их в истину и правду, которая не может не быть поучительна.

Предложение исторической, верной правде, росписи, а не приписываемой нам без основания «раскраски», предложение художественной живописи, а не «пестроты», именно и показывает, что в священных стенах этих мы чтим не камни лишь, а тех устроителей блага России, которые созидали и защищали их. Кремль для нас не простое собрание зданий светских и храмов, а историческое воплощение родины и Церкви, одушевляющих и освящающих и светские здания, и храмы!.. Кремлёвские стены для нас не только каменная крепость, но и воплощение всего священного сонма строителей и защитников её от начала создания государства Московского. Поминая строителей и защитников, живопись не забывает и стен. Она не заменяет собою бывшей живописи, — так как её нет и не было! — не нарушает ни размеров, ни форм стен существующих. Она только пользуется пустым, свободным, как бы с давних пор призывающим её пространством. Но для чего <все это? Только для восстановления и сохранения того, чего иначе никак сохранить и восстановить в этих стенах нельзя, — действительности, Прошлого, правды, а не фантазии. Только одна живопись может на нынешних стенах представить все степени развития, которые они проходили в действительности, т. е. и первоначальный деревянный острожек князя Даниила, и дубовые стены Калиты, и первые каменные Донского и т. д. Не напрасно Господь дал человеку воображение, которое не может при виде разрушения не восстановлять разрушенного или разрушающегося, не может не представлять себе умершее или умирающее ещё живущим; не напрасно дан нам свет знания, восстановляющий Прошлое не фантастически и не произвольно, а реально и благоговейно; не напрасно, наконец, даны нам и художественные силы, это наиболее живое средство воскрешать, по указаниям знания, прошлое, для того чтобы, ничего не разрушая, ничего не подменяя, воспользоваться местом, оставленным свободным самим Прошлым, <— воспользоваться этим местом> для поучения сынов родины её истории, для возбуждения в них чувства почтения и любви к родине. Можно говорить о трудностях, технических и художественных, исполнения мысли, высказанной мною, но находить в ней «искажение исторической древности» можно только по недоразумению.

И. А. Борисов