1После того Иосифу сказали: вот, отец твой болен. И он взял с собою двух сынов своих, Манассию и Ефрема [и пошел к Иакову].2Иакова известили и сказали: вот, сын твой Иосиф идет к тебе. Израиль собрал силы свои и сел на постели.3И сказал Иаков Иосифу: Бог Всемогущий явился мне в Лузе, в земле Ханаанской, и благословил меня,4и сказал мне: вот, Я распложу тебя, и размножу тебя, и произведу от тебя множество народов, и дам землю сию потомству твоему после тебя, в вечное владение.5И ныне два сына твои, родившиеся тебе в земле Египетской, до моего прибытия к тебе в Египет, мои они; Ефрем и Манассия, как Рувим и Симеон, будут мои;6дети же твои, которые родятся от тебя после них, будут твои; они под именем братьев своих будут именоваться в их уделе.7Когда я шел из Месопотамии, умерла у меня Рахиль [мать твоя] в земле Ханаанской, по дороге, не доходя несколько до Ефрафы, и я похоронил ее там на дороге к Ефрафе, что ныне Вифлеем.9И сказал Иосиф отцу своему: это сыновья мои, которых Бог дал мне здесь. [Иаков] сказал: подведи их ко мне, и я благословлю их.10Глаза же Израилевы притупились от старости; не мог он видеть ясно. Иосиф подвел их к нему, и он поцеловал их и обнял их.11И сказал Израиль Иосифу: не надеялся я видеть твое лице; но вот, Бог показал мне и детей твоих.12И отвел их Иосиф от колен его и поклонился ему лицем своим до земли.13И взял Иосиф обоих [сыновей своих], Ефрема в правую свою руку против левой Израиля, а Манассию в левую против правой Израиля, и подвел к нему.14Но Израиль простер правую руку свою и положил на голову Ефрему, хотя сей был меньший, а левую на голову Манассии. С намерением положил он так руки свои, хотя Манассия был первенец.15И благословил Иосифа и сказал: Бог, пред Которым ходили отцы мои Авраам и Исаак, Бог, пасущий меня с тех пор, как я существую, до сего дня,16Ангел, избавляющий меня от всякого зла, да благословит отроков сих; да будет на них наречено имя мое и имя отцов моих Авраама и Исаака, и да возрастут они во множество посреди земли.17И увидел Иосиф, что отец его положил правую руку свою на голову Ефрема; и прискорбно было ему это. И взял он руку отца своего, чтобы переложить ее с головы Ефрема на голову Манассии,18и сказал Иосиф отцу своему: не так, отец мой, ибо это — первенец; положи на его голову правую руку твою.19Но отец его не согласился и сказал: знаю, сын мой, знаю; и от него произойдет народ, и он будет велик; но меньший его брат будет больше его, и от семени его произойдет многочисленный народ.20И благословил их в тот день, говоря: тобою будет благословлять Израиль, говоря: Бог да сотворит тебе, как Ефрему и Манассии. И поставил Ефрема выше Манассии.21И сказал Израиль Иосифу: вот, я умираю; и Бог будет с вами и возвратит вас в землю отцов ваших;22я даю тебе, преимущественно пред братьями твоими, один участок, который я взял из рук Аморреев мечом моим и луком моим.

Обзор:Усыновив Ефрема и Манассию, Иаков как бы основал тринадцатое колено и прообразовал появление тринадцатого апостола, Павла (Ипполит; Амвросий). В аллегорическом смысле усыновление раскрывает приведение язычников к Богу Отцу при посредничестве Христа (Кирилл Александрийский). Благословляя внуков, Иаков руководствовался духовным зрением, а не телесным (Златоуст). В его перекрещенных руках отразилась разделительная тайна креста (Ефрем), согласно которой старший народ, иудейский, забыл Бога, а младший народ, язычники, принесли богатый плод веры (Амвросий). В словах, произнесенных Иаковом, также следует почерпнуть пример разумения, смиренномудрия и правильного отношения к воспитанию детей (Златоуст). Уходя из жизни, Иаков оставлял своим потомкам надежду (Златоуст), а любимому сыну Иосифу — город Сихем, как прообраз того места, которое очистил и освятил Христос (Амвросий).

48:5 Ефрем и Манассия

Тринадцатый апостол.

Поскольку у Иакова было двенадцать сыновей, от которых произошли двенадцать колен, то он разделил двух сынов Иосифа на два колена, так что всего стало тринадцать колен, ибо колено Иосифа было разделено на два колена по числу двух сынов. Таким образом, Павел не спроста был тринадцатым апостолом вслед за остальными апостолами: он был избран так по числу колен, вслед за чем был послан как апостол к язычникам[2444].

Ипполит Римский,О благословениях Исаака и Иакова[2445].

Поспешил Иосиф, чтобы получить благословение, и даже сыновей своих представил — Манассию и Ефрема, которых благословил Иаков: чтобы было освящено тринадцатое колено от внуков — Манассии и Ефрема — разделенное между ними обоими. Ибо Иаков имел двенадцать сыновей, а Павел должен был стать тринадцатым апостолом, как бы после избранным[2446]. Поэтому Павел оказывается не сверх числа отеческих колен и, как выдающийся проповедник Ветхого и Нового Завета, легко подтверждает, что наследие отцовского благословения ему также содействовало.

Амвросий Медиоланский,О патриархах[2447].

Усыновление Богу Отцу.

Благодаря вере мы, последние, стали первыми, и народ язычников наследовал славу первенца. Они были удостоены этой чести за послушание и повиновение, ибо Сам Христос свидетельствовал, так говоря:народ, которого Я не знал, служил Мне; по одному слуху о Мне повиновался Мне[2448]. Ибо хотя мы родились от разных матерей, поскольку Церковь была созвана из разных народов, Еммануил сможет статьпосредником, чтобы сочетать нас через Себя с Богом Отцом, причислить нас к уделу святых, возвести к подобающей им славе и сделать нас родом святым[2449]. И посмотри, как Иаков из любви к блаженному Иосифу причисляет его сыновей к собственным сыновьям. Ибо и мы полюбили Христа и, после того как обрели через Него в Духе духовное рождение, стали достойны принятия Отцом, как я сказал только что, и присоединились к святым, бывшим прежде нас. И, кроме того, раз мы были названы сыновьями Бога Отца, мы опять–таки будем под властью Того, Кто приводит и соединяет нас с Ним, то есть под властью Христа. Ибо взгляни, как блаженный Иаков причислил Ефрема и Манассию к собственным детям, ибо сказано:дети же твои, которые родятся от тебя после них, будут твои.Итак, ты понял, что даже если мы будем названы сыновьями Бога Отца, то ничуть не менее мы будем Христовы. И об этом, я думаю, Он сказал Отцу:тех, которых Ты дал Мне от мира, они были Твои, и Ты дал их Мне, и Я прославился в них[2450].

Кирилл Александрийский,Искусные толкования на Пятикнижие[2451].

48:14 С намерением положил он так руки свои

Духовное зрение.

Заметь, что праведник, у которого от старости ослабело телесное зрение (глаза же Израилевы притупились от старости; не мог он видеть ясно),очи душевные имел еще крепкие и верой предвидел даже будущее. Не следуя указанию Иосифа, но переложив руки во время благословения, он отдал преимущество младшему сыну его и предпочел Манассии Ефрема.

Иоанн Златоуст,Гомилии на Книгу Бытия[2452].

Тайна креста.

Этим он явно начертал крест во образ той тайны, что первенец Израиль будет умален, как первородный Манассия, а языческие народы будут возвеличены, как младший Ефрем.

Ефрем Сирин,Толкование на Книгу Бытия[2453].

Таинство двух сыновей.

Насколько очевидное в этом таинство! Взяв сыновей своих, которых он прижил в Египте, Иосиф подвел их к отцу: Ефрема с правой стороны от себя, а по отношению к Израилю слева, Манассию же с левой стороны от себя, а по отношению к Израилю справа. Но Израиль, протянув правую руку, положил ее на голову Ефрема, который был младше и стоял справа от деда, а левую руку положил на Манассию, который был справа, и так с перекрещенными руками благословил их. Иосиф сохранил в этом природный порядок, желая оставить старшему сыну большую часть, подобно Исааку, который хотел передать благословение старшему сыну[2454], — но [Израиль] отдал предпочтение младшему сыну, как образу более молодого народа[2455], подобно тому, как он сам получил предпочтение матери. Наконец,Манассияв переводе означает «из забвения»[2456], ибо народ иудейский забыл своего Бога, Который его сотворил[2457], и каждый, кто из этого народа поверит, как бы из забвения призывается. ВЕфремеже обещано изобилие веры, если перевести его имя как «тот, кто сделал плодовитым отца», как и сам Иосиф говорит:Бог сделал меня плодовитым в земле страдания моего[2458]. Это является особенностью более молодого народа, который есть тело Христово[2459], делающее плодовитым Отца и не оставляющее собственного Бога.

Амвросий Медиоланский,О патриархах[2460].

48:16 да благословит отроков сих

Разумение и смиренномудрие.

Слова души благопризнательной, сердца благочестивого, сохраняющего в свежей памяти благодеяния Божии! Он, говорит, Бог, Которому благоугодили отцы мои, Который питал меня от юности до настоящего времени, Который с самого начала избавлял меня от всех зол и показал столь великое попечение обо мне, — Онда благословит отроков сих; да будет на них наречено имя мое и имя отцов моих Авраама и Исаака,и да возрастут они во множество посреди земли.Видишь ли вместе и разумение, и смиренномудрие? Разумение в том, что, предувидев очами веры, он предпочел Манассии Ефрема, а смиренномудрие в том, что он нисколько не упомянул о своей добродетели, но вознес молитву и преподал им благословение, основанное на благоугождении отцов и на бывших ему от Бога благодеяниях.

Иоанн Златоуст,Гомилии на Книгу Бытия[2461].

48:20 И благословил их в тот день

Таинство народов.

Наконец, старец объявил, что это таинство в духовном смысле относится к народам. Ибо, когда сын посчитал, что тот ошибся из–за недостатка слабого зрения, и пожелал поменять его руки, говоря:не так, отец мой, ибо это — первенец; положи на его голову правую руку твою. Но отец его не согласился и сказал: знаю, сын мой, знаю; и от него произойдет народ, и он будет велик; но меньший его брат будет больше его, и от семени его произойдет множество народов[2462]. Наконец, то, что Ефрем должен был быть предпочтен по сравнению со старшим братом, он также пророчески сказал по порядку благословения:вами будет благословляться Израиль, говоря: Бог да сотворит вам, как Ефрему и Манассии[2463]. И потому, хотя они были внуками, они были приняты вместо сыновей, чтобы им не быть лишенными дедовского благословения.

Амвросий Медиоланский,О патриархах[2464].

Учи детей добродетели.

Итак, не будем заботиться о том, чтобы собирать богатство и оставлять его детям, — будем научать их добродетели и испрашивать им благословение от Бога. Вот это, именно это — величайшее сокровище, неизреченное, неоскудевающее богатство, с каждым днем приносящее богатство все большее. Нет ничего равного добродетели, нет ничего могущественнее ее. Даже если ты укажешь мне на царство и на того, кто облечен диадемой, — если только не имеет он добродетели, он будет несчастнее убогого, того, кто одет в рубище. Какую пользу может ему принести диадема или порфира, если он губится собственной своей беспечностью? Разве Господь взирает на различие внешних достоинств? Или преклоняется пред знаменитостью лиц? Одно здесь требуется — подвигами добродетели отверзать двери дерзновения к Нему, так что не стяжавший этим путем дерзновения будет оставаться среди отверженных и лишенных всякой надежды спасения.

Иоанн Златоуст,Гомилии на Книгу Бытия[2465].

48:21 вот, я умираю

Надежда будущих благ.

Когда он благословлял сыновей Иосифа и, предвидя будущее, предпочел младшего старшему, то, желая убедить Иосифа, что он сделал это не просто и не напрасно, но предсказывая будущее, он предсказывает ему и собственную свою кончину, и то, что потомки его возвратятся из чужой земли в Ханаан, в землю отцов своих, и тем поддерживает в них отрадные надежды, чтобы они были ободряемы ожиданием. Ведь надежда будущих благ всегда уменьшает трудности настоящей жизни.

Иоанн Златоуст,Гомилии на Книгу Бытия[2466].

48:22 я даю тебе один Сихем[2467]

Деяния и место Христа.

Сихемозначает «плечи», а «плечи» — это дела. Итак, он избрал святого Иосифа перед всеми братьями как наследника благих дел. Братья не могли сравниться с его делами — действительно, кто же может сравниться с деяниями Христа? Кроме того, незапятнанный и чистый, он вернул военную добычу из этого земного пристанища и от виновников нечистоты[2468], отвоевав посредством небесных слов и духовного меча[2469]место, свободное от разврата и позора, для поселения святых, — чтобы, где раньше находились жители распутства и начальники роскоши, где была приманка сладострастия и подпитка для разврата, там бы теперь обучали наставлениям чистоты святые священники и блистали многими примерами девственной непорочности в некоем сиянии вышнего света.

Амвросий Медиоланский,О патриархах[2470].