Султанова Н. Д.

Камская государственная академия физической культуры, спорта и туризма, к. пс. н., доцент

Чернышева Ф. А.

НЧФ ИЭУП, к. б. н., доцент

Синергетический стиль мышления и соответствующая ему методология социального познания ведут к формированию теоретической модели социального развития, понимающей общество как эволюционирующую целостность, которой свойственны детерминизм и случайность, устойчивость и неустойчивость, организация и дезорганизация, взаимопереходы хаоса и порядка на микро — и макроуровнях. За расширение наших представлений о социальном мире мы должны рассчитываться осознанием того, что жить в таком мире и управлять им становится значительно сложнее и ответственнее, в котором индивидуальная активность вовсе не обречена на бессмысленность [2].

В условиях открытого общества социальная эволюция носит непредсказуемый, нефатальный, самопроизвольный характер, поскольку она зависит от воли, усилий, творческой инициативы людей.

В то же время окружающий мир в своем эволюционном континууме стал для человека миром случайностей, неожиданных опасностей, неопределенного будущего, в котором значимая для того или иного этапа информация начинает играть доминирующую роль. Современный человек находится в мощном информационном поле, затрагивающем все стороны его жизнедеятельности. В совокупности информационный поток разнообразен по источникам, значимости и объему [6].

Синергетические системы, как правило, открыты, далеки от равновесия. Открытость системы означает наличие в ней источников и стоков, например, вещества, энергии, информации [4]. Для существования системы необходим соответствующий динамический источник, выступающий организующим началом. При отсутствии хотя бы одной составляющей обмена система переходит в состояние закрытости. Например, безжизненной оказывается любая социальная система, обесточенная в информационном отношении. Без информации немыслимы организованные системы. Самоорганизация прекращается там, где наступает равновесие.

Информация позволяет живым системам удаляться от равновесия и сохранять неравновесностъ. Эволюция живых систем направлена в сторону все большей термодинамической и информационной неравновесности [1]. Биологическая эволюция — процесс неуклонного возрастания количества и качества информации — устойчиво неравновесный процесс соответственно принципу Э. С. Бауэра. С точки зрения теории информации усложнение — это увеличение количества информации в объекте.

Самоорганизующиеся системы подвержены колебаниям. Именно в колебаниях система движется к относительно устойчивым структурам [4,7]. Анализируя генезис биологических и социальных систем, возможно, предположить, что существенные изменения в них не всегда происходят под влиянием глобальных, мощных, объемных факторов, а являются результатом малых возмущений, приведших ее в резонансное состояние. Ускорение процессов развития человечества сопровождается понижением уровня его стабильности. Ход развития человечества сопровождается состояниями неустойчивости, возникают новые аттракторы [8]. В переходных состояниях направление развития системы зависит от аттракторов. Система, попадающая в окрестность определенного аттрактора, эволюционирует именно к нему. Как результат, в сложном возникают параметры порядка.

Синергетические представления позволяют оценить характер становления и развития социальных систем, самых разных ее составляющих, структурных единиц систем. Концептуальная сила синергетического подхода такова, что он используется в качестве междисциплинарного средства для описания сколько–нибудь сложных систем [5].

Как уже было отмечено выше, обмен идеями, информацией, ценностями (информационно–культурная сфера) представляет собой часть социального метаболизма, того механизма, который заставляет систему воспринимать внешние воздействия. Обмен человеческими ресурсами представляет форму (канал) проникновения в социум культурных новаций.

Культурное наследие, или унаследование традиций, — это вся совокупность знаний, представлений, искусств, обычаев и технологических навыков, которыми располагает общество, народ в любой данный момент своей истории. Оно передается из поколения в поколение путем обучения в широком смысле этого слова. Каждое поколение может вносить в культурное наследие что–то новое, становящееся достоянием последующих поколений. В культурной эволюции наследование приобретенных признаков — реальной процесс [3]. Культура приобретается в процессе индивидуального развития в результате обучения в широком смысле, в результате формирующего влияния обучения. Культурное наследие носит кумулятивный характер. Индивидуально приобретенные полезные знания включаются в общую массу знаний данной социальной группы. Информация способствует координации деятельности индивидуума, группы.

Обмен информацией представляет собой ценный в адаптивном отношении признак группы. Интеллект — адаптивно полезный признак, как для отдельного индивидуума, так и для группы. Группа, состоящая из наделенных информацией индивидуумов, будет лучше справляться с проблемами, возникающими в их жизни, чем конкурирующая, но без нее.

То или иное сообщество делает рывок в своем развитии, когда оно «открывается миру», интенсифицирует свои контакты с другими сообществами. По законам самоорганизации, усиление таких контактов создает задел неравновесности, необходимый для рождения новых структур. Внешние (экзогенные) факторы при определенных критических условиях «включают», стимулируют внутренние (эндогенные) источники социального динамизма, а именно борьбу возникших центров структурной неоднородности, которое в социальном контексте проявляется, как обострение социальных противоречий и конфликтов, которые в результате ряда последовательных конкурентных межгрупповых столкновений могли бы создать определенное направление культурной эволюции. В виду ограниченности объема текста мы вынуждены пренебречь многочисленными сложностями, наблюдаемыми в реальных взаимодействиях между сообществами.

Постоянное возникновение войн в различные исторические эпохи заставляет исследователей искать их устойчивые причины. В истории человеческой мысли помимо относительного мотива появился и другой: война является по своим последствиям, в первую очередь, формой обмена различными человеческими ресурсами, формой объединения народов. Такое объяснение содержится и в работах русских философов В. С. Соловьева, Н. А. Бердяева [2]. Здесь мы имеем дело с разновидностью (эквивалентом) обменных социальных процессов — культурным взаимопроникновением различных социальных сообществ, разделенных в пространственном и временном плане. В той или иной степени, возникшие локальные межнациональные конфликты на территории отдельных республик бывшего Советского Союза способствовали вынужденному переезду и воссоединению русскоязычного населения до поры до времени проживавших в другом территориальном пространстве в единое сообщество. Накопленный до переезда опыт дает возможность для внедрения новых программ человеческого развития.

Во многом вынужденный переезд связан с решением вопроса о соотношении центра и периферии. Выезд людей, например, из стран Средней Азии и Казахстана в Россию, представляет в некоторой степени переход от одного уровня в другой. Конструктивная роль провинции в период становления нового социального порядка определяется одним важным законом самоорганизации. Если процессы, происходящие в центре формирующейся системы, отражают тенденции прошлого развития всей социальной структуры, то процессы на периферии есть индикатор ее будущего развития. В период бурной социальной динамики провинция в силу своего местоположения обречена, быть форпостом социальных новаций, поступающих в систему извне. Она становится полигоном апробации таких новаций, почвой для их «вживления» в новый социальный организм, дабы впоследствии передать такого рода адаптационный опыт новых форм социальной организации в центр системы.

Изложенные выше синергетические концепты (размышления, представления в контексте синергетики) авторами учитывались при проведении исследования с вынужденными переселенцами зрелого возраста.

В последние десятилетия увеличились процессы миграции на постсоветском пространстве, среди которых особое место занимает вынужденный переезд. В ходе адаптации мигранты не всегда справляются с возникающей в ситуации вынужденного переселения психологической нагрузкой и не могут самостоятельно на начальном этапе выработать конструктивные средства для полноценного развития.

В связи с этим нами была сконструирована программа, направленная на личностное, смысловое развитие вынужденных переселенцев, начиная с начального постмиграционного процесса. Данная психологическая программа опирается на идеи культурно–исторического развития Л. С. Выготского и его соратников и последователей — А. Н. Леонтьева, П. Я. Гальперина, Д. Б. Эльконина и др. Учитывая то, что процесс адаптации вынужденных мигрантов выходит за рамки психологии, в программе уделяется внимание вопросам истории миграции, культурологическим аспектам; трофологии, нутрициологии как междисциплинарным областям наук о смене пищи и структуры питания; педагогике, в частности, теории и практике образования взрослых (андрагогике); акмеологии как науке о достижении вершин в профессиональной деятельности в зрелом возрасте (Б. Г. Ананьев, А. А. Деркач, В. П. Бранский, Н. В. Кузьмина, Е. И. Степанова, А. А. Реан и др.).

В данном процессе большого внимания, как было сказано выше, требует начальный период постмиграционного процесса, получивший название «зона неопределенности», которой характерны операциональное напряжение, понижение скорости обработки информации, потеря способности быстро дифференцировать приоритетную и фоновую информацию, усиление потока негативных переживаний и т. д. В данной ситуации вынужденный переселенец представляет своеобразный «зародыш» для будущего развития и не застрахован от случайного, регрессионного, кризисного, антиакмеологического пути. Вместе с этим именно он содержит резервы для продуктивного развития, чем и предлагается воспользоваться при организации работы с вынужденными переселенцами зрелого возраста. Разработка содержания и внедрение психологической программы на начальном этапе переезда исполняет роль аттрактора в информационном поле, при котором время обработки информации о переезде сокращается, создаются потенции для последующего полноценного психического развития личности. В данном случае функция программы состоит в том, чтобы свести к минимуму широко варьирующие и нередко мощные внешние и внутренние воздействия на важные параметры личности в состоянии вынужденного переезда, амортизировать их ингибирующее воздействие на индивидуума.

Систематизация проблем вынужденных переселенцев зрелого возраста позволила выделить три направления, которые обычно выделяются в личностноориентированном образовании: естественнонаучного, гуманитарно–эстетического и общеразвивающего.

I. Естественнонаучный блок обеспечивает ВП знаниями о природе, способствует освоению законов, наиболее значимых при смене места жительства: «Роль питания и пищи в адаптации вынужденных переселенцев», «Смена климата», «Карта города, республики, страны», «Миграция животных», «Мир местных растений», «Внешний облик» и др.

II. Гуманитарно–эстетический блок организует опыт переживаний вынужденными переселенцами эмоционально–ценностного отношения к жизни, миру и личному опыту после переезда, показывает эстетическую картину человеческих отношений: «От поговорок и пословиц о миграции к культуре», «Образ мигранта в сказках», «Художественные, музыкальные произведения, скульптуры о миграции», «Язык и его роль в адаптации», «Юмор мигранта» и т. п.

III. Общеразвивающий блок позволяет ВП открыть в себе новые возможности, развивает интеллектуальные и нравственные силы человека. Темы направляют на самодействие, стимулируют самоорганизацию и саморазвитие, ориентируют на зону ближайшего развития. В данный блок входят следующие темы: «Ты и твое имя», «Мигранты: русские, татары, грузины и т. д.», «Вклады мигрантов в достижения страны», «Великие переселенцы», «Юридическая среда как ресурс для социального развития мигранта», «Психологические особенности развития личности вынужденных переселенцев».

Работа по программе обеспечивает нравственное, художественно–эстетическое и когнитивное развитие ВП, полноценное вхождение мигранта в новое образовательное пространство, позволяет найти ответ на значимые в ситуации вынужденного переселения вопросы.

Таким образом, в синергетике достаточно строго показывается, что никакими внешними воздействиями нельзя «навязать» системе нужное кому–либо поведение: можно только выбрать наиболее подходящий из потенциально заложенных в ней путей.

В соответствии с условиями нелинейности и сложности эволюции синергетика очерчивает возможности по выработке новой стратегии поведения, адекватной реалиям XXI века, становятся одним из важных источников оптимизации процесса вынужденного переселения, в частности.

Литература

1. Бауэр Э. С. Теоретическая биология/сост, примеч. Ю. П. Голикова. — СПб.: Росток, 2002.

2. Василькова В. В. Порядок и хаос в развитии социальных систем: (Синергетика и теория социальной самоорганизации). Серия: «Мир культуры, истории и философии». — СПб.: Лань, 1999.

3. Грант А. С. Эволюция организмов. — М.: Наука, 1987.

4. Интервью с профессором Г. Хакеном // Вопросы философии. — 2000. — № 3. — С. 53–61.

5. Концепции самоорганизации: становление нового образа научного мышления. М. : Наука, 1994.

6. Лисичкин В. А., Шелепин Л. А., Боев Б. В. Закат цивилизации или движение к ноосфере. — М.: НЦ — Гарант, 1997.

7. Майнцер К. Сложность и самоорганизация. Возникновение новой науки и культуры на рубеже века // Вопросы философии. — 1997. — № 3. — С. 48–60.

8. Моисеев Н. П. Универсальный эволюционизм (Позиция и следствия) // Вопросы философии. — 1991. — № 3. — С. 3–28.