Хисматуллина Э. И.

Ритуалы — это основа религии; если она осознается через мифы, то упрочивается через ритуалы. Э. Фромм считал, что ритуал есть символическое выражение мыслей и эмоции в действии. Поэтому они способны выполнять функцию психологической защиты в, ведь во время исполнения некоторых из них запретные желания получают выражение, тогда как в повседневной жизни это невозможно. С помощью особых символов и символических действий ритуалы активизируют глубинные переживания личности, так как обряд — это ритуал, в значительной степени утративший связь с глубинными переживаниями личности, даже в форме символического представления. И ритуалы, и обряды предназначены для создания, возбуждения или поддержания определенных психических состояний личности или группы [1].

Существуют определенные типологии ритуалов, выделяемые по различным основаниям (и в зависимости от того, по какому «идеологическому» признаку рассматриваются данные ритуалы — религиозные, социальные и т. п.). Соглашаясь с высказыванием «ритуал — это язык религий» и продолжая эту мысль, можно сказать: «ритуал — это озвучивание мифа». Однако постепенно происходит разделение этих двух категорий, процесс мифотворчества не прекращается на некоем этапе и двигается в определенную сторону, в то время как ритуал, заложенный на этом этапе формирования мифа, являет собой статический срез соответствующей ступени развития сообщества и его религии. Ритуал также начинает развиваться, но в другую сторону, в секулярном направлении, подтверждая и раскрывая социальные потребности в той или иной функции (соответственно, можно уже не обнаружить те мифологические структуры, которые породили имеющие сегодня место ритуальные формы). Поэтому изначально типология ритуалов структурирована в ключе соотношения и оторванности мифов от тех или иных ритуалов в некоем, конкретно взятом сообществе. С этой точки зрения могут быть выделены имитативные ритуалы — это ритуалы, буквально либо иносказательно воспроизводящие тот или иной миф или один из аспектов мифа (наиболее распространенным примером имитативного ритуала может служить ритуал начала Нового года, который очень часто воспроизводит миф о сотворении мира. Ритуалы имитативного типа можно рассматривать как повторение действий богов, как возвращение к «началу»); секулярные, или социальные ритуалы, имеющие целью обрамления социальных изменений личности и общества в целом — но уже вне действия мифа. В эту категорию входят инициация, брак, и т. п. социальные изменения.

Рассмотрим ритуалы жизненных циклов и ритуалы жизненных кризисов подробнее. Нам видится необходимым разделить эти церемонии на две группы, хотя зачастую они рассматриваются как совпадающие. Ритуалы жизненных циклов, на наш взгляд — это ритуалы, знаменующие переход от одной стадии жизни к другой, вследствие чего их часто именуют ритуалами перехода. Сущностной характеристикой ритуалов жизненных циклов является наличие перехода от одного социального статуса к другому, кризиса в существовании индивида или общины. К этому типу относятся ритуалы, связанные с рождением, инициацией, заключением брака, смертью. Часто в эту категорию относят ритуалы посвящения в тайные общества (религиозные группы). В качестве церемонии жизненных кризисов нам видится выделение таких ритуалов, которые сопровождают особые кризисные моменты жизни, когда помощь со стороны сакральной стороны требуется особенно. Действительно, выделение этих двух групп ритуалов в достаточной степени условно, и зачастую эти кризисы совпадут с ситуацией «перехода», те. отдельной группы ритуалов может и не быть. Однако имеют место и особые индивидуальные кризисы: болезни, отклонения от нормы (по здоровью) и девиации в поведении и т. п. Подобные кризисы требуют особого ритуального оформления. Ритуалы, сопровождающие исцеления и подобные действия, можно рассматривать как магические.

Вынесенные в эту категорию ритуалы всегда носят позитивную или негативную окраску. Позитивные ритуалы обычно связаны с освящением или обновлением объекта или индивида, а негативные — с установлением запрета или табу (слово «табу» применяется к тем ритуалам, которые затрагивают нечто такое, что следует обходить, чего следует остерегаться, например, заразную болезнь — опасность для здоровья как объекта ритуала, так и окружающих). Кроме того, некоторые ритуалы получали как негативное, так и позитивное ритуальное оформление (они фокусируются вокруг главного «участника» событий, приписывая тем самым им статую табуированного — рождение ребенка, вступление в брак или смерть).

Это касается и ритуалов перехода. Это — специальные ритуалы, знаменующие собой переход из одного статуса в другой. Большинство наиболее важных и распространенных ритуалов перехода связаны с жизненными биологическими кризисами (рождением, смертью, половым созреванием, воспроизводством рода) поэтому, ритуалы жизненного цикла и церемонии жизненных кризисов зачастую не разделяют. Каждый из этих кризисов приносит с собой продвижения по жизненному циклу и изменения в социальном статусе, смену ритма жизни. Есть ритуалы, которые сопровождают изменения в культурной жизни общества (например, посвящение в члены обществ и братств, объединенных особыми интересами). Известно, что степень разработанности ритуалов перехода в различных обществах неодинакова.

Структура ритуала включает отделение индивидуума от старого порядка или прежних социальных условий; маргинальную или переходную стадию, которая является священной; заключительную стадию, на которой индивидуум входит в новый социальный порядок или статус [2].

Удобно классифицировать эти ритуалы следующим образом:

— церемонии жизненного цикла (оформление биологических кризисов жизненного цикла);

— церемонии перехода к новому социальному статусу;

— переход к новому религиозному статусу.

Бытует общепринятое представление о том, что чем значительнее то или иное статусное изменение, тем большее внимание уделяется ему в ритуале. Отмечено, например, что в обществах с матриархальным укладом ритуалы бракосочетания обычно просты, как и ритуалы расторжения брака [3].

Ритуал как бы вычленяет периодические процессы бытия, фиксирует их и создает основание для традиций. Вписывая ритуал в повседневность, отметим, что повседневное бытие, как и Божественное, получает в анализе статус «бытия для сознания», вещи, предмета для сознания, подвергаемого рационализации; но ритуал не должен быть рационально осмыслен, он должен быть выполнен. При правильном исполнении ритуала возникает особое ощущение благополучия, облегчения, ослабляются длительные и интенсивные стрессы. Благодаря таким формам воздействия как — заражение, сублимация, влияние символов и искусства — религиозные ритуалы предстают как стержень любых коллективных движении. На фоне обычных дел и поведневной жизни они «подпирают существование социального порядка и его устойчивость. Каждый включается в общее действие и ощущает себя связанным тесными узами с группой. Им владеет своего рода экзамльтация, и границы его существа размываются. У человека повышается внушаемость, подражательное поведение, импульсивность. Возникшие психические состояния поддерживаются еще долго и по окончании церемонии.

Вписывая ритуал в повседневность, отметим, что повседневное бытие, как и Божественное, получает в анализе статус «бытия для сознания», вещи, предмета для сознания, подвергаемого рационализации; но ритуал не должен быть рационально осмыслен, он должен быть выполнен.

Проблему переживания религиозного опыта можно рассматривать не только в психологическом аспекте, но и с точки зрения его влияния на генезис религии. Переживание сильного религиозного опыта, откровения, единения с Сакральным, по мнению многих исследователей, служит основой для возникновения или трансформации религии; институциональная религия строится на основе полученного индивидуального откровения. Интересную теорию предложил в этой связи Виктор Франкл, разделив людей, напрямую связанных с религией, на харизматиков и жрецов. Харизматики являются носителями религиозного опыта и обладают глубокой внутренней религиозностью, жрецы же — люди, которым не посчастливилось пережить религиозный опыт, поэтому им остается только трансформировать религиозный опыт других в догматы, законы и основывать религиозные институты [4]. Место религиозному опыту есть в любой религии.

Ритуал противостоит миру обыденности и нивелирует зависимость от власти светской. Обряды и ритуалы предлогают безопасный, вселяющий уверенность и часто приятный способ организации досуга Общая радость объединяет людей и общими заботами. Верующий не чувствует себя покинутым. Растворяется в общих праздничных заботах. Тогда уходит на второй план мелкие события события индивидуальной жизни, снижается их особая значимость. Праздники, церемонии, паломничество — все эти события организуют действо в некую систему, через которую человек регулярно возвращается к коллективной жизни, включался в нее в самые значимые моменты. При этом ритуалы укрепляют единство общества, способствуют приобщению молодежи к нормам поведения взрослых, передавая наследие традиций от поколения к поколению. Непосредственный религиозный опыт — это, в значительной степени, подсознательное состояние. Эмоциональное преживание, которое не может сохраняться в памяти без должного рационального оформления. В этом смысле культ выступает как могучий охранитель идей, как самое надежное средство ввести в народные массы известные религиозные воззрения. Он закрепляет их в «оправе» обряда, снабжая человека заранее известным планом действий, хотя он может и не подозревать о психологических процессах в привычной ему церемонии. Они призваны воодушевлять человека в ходе достижения важных целей и помогать в преодолений критических ситуаций [5].

Литература

1. Ницше Ф., Фрейд 3., Фромм., Камю А., Сартр Ж. П. Сумерки богов. М.: Политиздат, 1989.

2. Джери Д. Ритуал / Д. Джери, Дж. Джери // Большой толковый социологический словарь COLLINS. — M., 1999. — Т.2. — С. 163.

3. Самыгин С. И., Нечипуренко В. Н., Полонская И. Н. Указ. соч. — С. 388.

4. Астахова Л. С. Религиозный опыт: на перекрестке множественных реальностей // Ученые записки КГУ (серия Гуманитарные науки). 2008.

5. Грановская РМ. Психология веры — Спб.: Издательство «Речь», 2004.