Ахметшина Э. Н.

Нижнекамский филиал ИЭУП, к. псих. н., доцент

Проблема рефлексии впервые возникла в древне–греческой философии. В философии Платона она рассматривается в связи с самопознанием и как признак благоразумия, а в философии Аристотеля — как атрибут божественного разума. Такая трактовка перешла в средневековую философию (богословие). В новое время Р. Декарт отождествляет рефлексию со способностью индивида сосредоточиться на содержании своих мыслей, сделать их объектом своего мышления и источником знания. Кант полагал, что благодаря рефлексии производится образование понятий; обобщения менее общих смысловых единиц сознания — терминов, определений, оценочных суждений и так далее.

В таком ключе стали использовать понятие рефлексии в гуманитарных науках 20 в.

Во всех этих суждениях просматривается печать философского определения сущности феномена рефлексии, а не психологического подхода. К тому же в них не отражены (и не могли быть отражены) положения современных рефлекторных теорий, связанных с именами многих выдающихся ученых, в том числе ИМ. Сеченова, В. М. Бехтерева, НЕ. Введенского, И. П. Павлова, Ч. С. Шеррингтона и других. Между тем, именно эти научные достижения, как подчеркивал СЛ. Рубинштейн, имели важную роль в научном обосновании механизма реакции живых организмов на внешние раздражители на нейрофизиологическом уровне (2, с. 178–179).

Можно сказать, что рефлексы, рефлексивность являются понятиями, характеризующими активное поведение живых систем в мире; эти понятия отражают тот установленный и обоснованный научный факт, что основные нервные процессы — возникновение и проведение нервного импульса, образование и выделение химических передатчиков, создающих процессы возбуждения и торможения в нервных клетках, являются одинаковыми во всем мире живого, в том числе и у человека.

Характеризуя первый, сенсомоторный период развития интеллекта ребенка (в возрасте от рождения до 2‑х лет) известный швейцарский психолог Ж. Пиаже особо подчеркивал важность упражнения рефлексов именно в этот период, без развития которых было бы невозможно формирование культуры поведения, первичных навыков вербального общения и комплекса характеристик «практического интеллекта» (Кулагина И. Ю.).

Многие методы испытания профессиональной пригодности и психической надежности работников также построены на использовании различных показателей их сенсомоторного реагирования. Все это говорит о том, что принцип «объективности» неврофизиологических показателей приборов есть ни что иное, как измерение характеристик феноменов рефлексивности, подсознательного уровня психики.

Все сказанное со всей очевидностью подчеркивает огромное общенаучное значение открытия И. П. Павловым условных рефлексов. В основе психологического феномена привычки, по Павлову, лежат условнорефлекторные связи высшей нервной системы, именуемые динамическим стереотипом.

Динамический стереотип в психофизиологии и психологии — это фиксированный порядок осуществления условно–рефлекторных действии или механизм универсальной адаптивности поведения индивида. В социогуманитарных науках семантическое понятие стереотипа включает в себя также механизмы реализации социальных норм и ценностей — традиции, ритуалы в пределах определенной культуры. Хотя понятия «традиция», «ритуал» являются более общими, чем понятие «стереотип», но социальные феномены, обозначаемые этими понятиями (традиции, ритуалы), могут возникнуть, функционировать и исчезнуть не иначе, как в порядке формирования, действия и исчезновения стереотипов. То же самое можно сказать и о других однопорядковых социально–психологических феноменах — навыки, поведение и другие.

Сточки зрения психоневрологии СТЕРЕОТИП как и РЕФЛЕКС есть возбуждение и торможение определенных пунктов в коре головного мозга в процессе его (мозга) условнорефлекторной активности. Ч. С. Шеррингтоном был определен «механизм», осуществляющий процессы рефлекторного возбуждения и торможения. Этот механизм был назван им «синапсом». Синапс — это аппарат рефлекторной координации, он вводит «общий конечный путь».

Хотя принято считать, что рефлексы у животных действуют на уровне первосигнальной системы, а у человека — на уровне второсигнальной системы, но очень трудно установить жесткую границу между перво сигнальным и второсигнальным уровнями рефлексивности поскольку предпосылки (признаки) психической саморегуляции живого второ сигнального типа стали появляться и совершенствоваться задолго до антропогенеза. Об этом свидетельствуют различные способы «информационного общения» в мире животных: «языки» приматов, птиц, пчел и термитов, а также практика дрессировки животных для выступления в цирке (эти животные способны усвоить и научиться точно выполнять более 10 команд дрессировщика). Молодые же шимпанзе способны усвоить и пользоваться несколькими десятками терминов членораздельной речи и еще большим количеством значимыми символами языка жестов и мимики глухонемых.

Этот процесс превращения перво сигнального феномена в феномен второсигнального типа, вероятно, происходит в двух формах:

а) в форме объективно–содержательного осмысления и б) в форме субъективно–ценностного осмысления и переживания, то есть как на уровне ясного сознания (логического осмысления) так и на уровне подсознания, эмоционачьно–образного отражения.

Объективно–содержательное (словесное) осмысление образов первосигнального отражения реальностей внешнего мира происходит в порядке соотнесения их с определенной жизненной ситуацией и в контексте определенной логической системы естественного или научного языка. И в том, и в другом случае требуется выработка условных и безусловных рефлексов в процессе деятельности и общения в сообществе людей или животных, иначе не сформируются ни рефлексы, ни аппарат рецепторов, реализующий функгдаонирование рефлексов.

В этой связи следует особо выделит роль РЕФЛЕКСОВ НОВИЗНЫ или позцавательно–ориентадионных рефлексов, которые относятся к числу первичных и наиболее древних рефлексов в эволюции всего живого. Н. П. Павлов говорил, что «инстинкт любопытства», те. стремление познать новое присуще всему живому. На этой основе прижизненно вырабатываются познавательные рефлексы. У человека эти рефлексы существенно отличаются: человек «смотрит» на новую ситуацию иначе чем «баран на новые ворота»; такое отношение человека к новому детерминировано высоким уровнем развитости абстрактного и ценностного сознания, то есть человеческая реакция на новое происходит не на уровне первосигнального восприятия. В процессе человеческого восприятия нового рефлексы новизны как бы гибко соотнесены с «рефлексами антиновизны». Речь не идет о безграничном стремлении к новизне как таковой, а лишь о такой новизне, которую можно сравнивать со «старым», привычным опытом в процессе решения жизненных проблем. Это означает, что человек в своем отношении к новому реализует компромисс между тем, что ему требуется и тем, как, какими средствами следует удовлетворить эту потребность. Здесь присутствует социальноценностный критерий выбора, что вполне соответствует общепсихическому закону «возбуждения — торможения». Такое обобщение подтверждается также выводами ряда современных исследований. На основе сопоставления мнений двух крупных ученых–эволюционистов — Т. Гексли и Дж. Симпсона — В. Грант в числе четырех основных критериев прогрессивной эволюции живого выделил критерий УЛУЧШЕНИЯ.

Следовательно, феномен рефлексов присущ всему живому, в том числе и человеку. Человеческие дети также рождаются с определенным набором безусловных рефлексов (поисковым, хватательным, сосательным и т. д.), обеспечивающим адаптацию младенца к окружающей среде. Генетически передаются тип нервной системы и некоторые другие психофизиологические особенности человека.

Были и имеются другие проявления ограниченного понимания детерминистских феноменов. В частности, среди отечественных психологов вплоть до 80‑х гг. существовала практически общепринятая точка зрения, согласно которой психическое развитие человека определяется в основном «социальной программой», то есть зависит от усвоения им общественного опыта (5, с. 310). В 80 х годах наряду с «социальной программой» стали признавать также и роль «генетической программы» (6). Эту мысль Н. М. Амосов сформулировал так: человек как и любое живое существо выполняет два вида программ — «для себя» и «для среды», то есть для общества. Некоторые представители возрастной психологии придерживались точки зрения поэтапного развития психики, которое де происходит в прядке перехода от биологических к социальным законам приспособления живого к условиям среды. Согласно этой концепции, до 7–8 лет природа взаимодействия ребенка с миром вещей и людей подчинена законам биологического приспособления (Кулагин И. Ю.), а в дальнейшем — социальным законам.

Для формирования ответов на вопросы обратимся к некоторым источникам. По 3. Фрейду, человеческая психика состоит из трех уровней: а) бессознательного; б) подсознательного и в) самосознания или рефлексивного сознания (7, с. 422.). Выделенные Фрейдом уровни психики различены и объяснены им лишь в сущностно–содержательном плане, а функции этих уровней в саморегуляции психики не рассматриваются. Для данного исследования более предпочтительной представляется концепция психолога.

Первая — это генетическая программа, являющаяся в основном наследственной, то есть в значительной мере относящаяся к перво сигнал ь-ному уровню нервной системы. Она действительно близка, но не тождественна биологической программе.

Вторая программа формируется преимущественно в детстве, в первые 1,5–2 года (Фрейд, Пиаже) в процессе контактного общения с людьми и деятельности в предметной внешней среде. Без такого контактного общения в социальной среде она не может формироваться. Ее формирование тесно вплетено с усвоением языка. Причем общение с предметами опосредовано вербальным общением, поскольку человек оперирует с окружающими предметами как реальными, так и идеальными сущностями, фиксированными в языке. Вторая программа — это субь екшвно–подсознательная основа «Я» личности с ее шкалой ценностей, вкусами, первичными взглядами, влечениями, стереотипами поведения и мышления, различного рода комплексами и т. д. «Комплекс являет собой подсознательную личностную мотивационную установку с высоким энергетическим потенциалом» Формирование базовых привычек, склонностей, комплексов, и стереотипов поведения и менталитета может быть объяснено только действием рефлекторных механизмов, точнее — взаимодействием безусловных и условных рефлексов.

Третья или произвольная программа — это программа осознаваемой социальной части психики, формируемая историей всей жизнедеятельности личности в определенных социально–исторических условиях.

Эти программы, разделение функций между ними так или иначе напоминают исторические этапы развития психики живого: первоначально произошло образование мозгового ствола (или «мозга рептилий»), который управляет рефлексами глотания, контролирует дыхание, ритм сердца и другие процессы саморегуляции организма, которые обеспечивают устойчивость во взаимодействии с окружающей средой.

Литература

1. Рефлесия // Философская энциклопедия. Т. 4. — М.: Сов. энциклопедия, 1967.

2. Рубинштейн С. Л. — Бытие и сознание. — М.: АН СССР, 1957.

3. Плюснин ЮМ. Проблема биосоциальной эволюции. — Новосиб., Наука, СО, 1990. — 137 с.

4. Маклин А. Н. Философские проблемы современной биологии. — Хабаровск, 1997. — 49 с.

5. Запорожец А. В. Значение ранних периодов детства для формирования детской личности // Хрестоматия по психологии. — М.: Просвещение, 2001.

6. Дубинин Н. П., Карпец И. И., Кудрявцев В. Н. Генетика. Поведение. Ответственность. — М.: Политиздат, 1989. — 350с.

7. Фрейд 3. Психология бессознательного. — М.: Просвещение, 1989. — 456 с.