Главными защитниками этой гипотезы являются Шпитта, Цан и Бигг, но в последнее время их мнение широко оспаривается. Эти ученые, в противоположность защитникам гипотезы приоритета Послания Иуды, считали, что автором Второго Послания Петра был Петр, и потому оно должно было быть написано до Послания Иуды. Основанием для такого взгляда является следующее.

1. Прежде всего считается, что Иуда ссылается на Второе Послание Петра. Это основывается на особом толковании Иуд. 4 и 17. В первой случае говорится об осуждении, которое уже было предназначено (оэі παλαι προγεγραμμενοι /hoi palai progegrammenoi/). Это понимается как ссылка на предыдущее письмо[2836], которым могло быть Второе Послание Петра, потому что в нем говорится об осуждении тех же людей, которые упоминаются в Послании Иуды. Более того в Иуд. 17 читатели призываются помнить предсказание апостолов, и слова этого предсказания почти дословно повторяются в 2 Пет. 3.3. На основании этого свидетельства Цан считал, что «по обычным канонам критики мы должны сделать вывод, что Иуда знал и считал Второе Послание Петра апостольский Писанием и положил его в основу некоторых частей своего письма»[2837]. Но эта точка зрения оспаривалась на том основании, что, во–первых, слово παλαι /раіаі/ (в синод, «издревле») в Иуд. 4 означает в «древности», а не «в последнее время», и является ссылкой на Первую книгу Еноха (как в ст. 14–15), а не на Второе Послание Петра[2838]; и, во–вторых, если ссылка в Иуд. 17 делается на подлинное Второе Послание Петра, то почему Петр не упоминается по имени? И почему это утверждение приписывается группе апостолов?[2839] А также, почему оно вводится словом ελεγον /еіедоп/, что предлагает обычное устное учение? Ни один из этих аргументов недостаточно силен, чтобы исключить возможность ссылки Иуды на Второе Послание Петра, хотя, действительно ли он ссылается на него, это уже другой вопрос. Точно определить значение слова παλαι /раіаі/ Послании Иуды невозможно, и Иуда мог иметь причину говорить об апостолах во множественной числе, а не конкретно об одной каком–то. Контекст ст. 17 показывает, что утверждение это направлено против «ругателей», и апостольское свидетельство несомненно должно было быть решающим противопоставлением такого рода явлениям. Такой тип множественного числа так часто употребляется в Новой Завете, что, по–видимому, и здесь оно употреблено в общем смысле. Несомненно, что не все апостолы выражали это утверждение точно такими словами, но все они его поддерживали. В ст. 2 Пет. 3.3 читатели призываются вспомнить предсказания пророков и заповеди Господа, данные через апостолов. Иуд. 17 представляет собой сочетание обоих этих утверждений.

2. Будущее время во Второй Послании Петра и настоящее время в Послании Иуды в отношении лжеучителей также считается указанием на приоритет Второго Послания Петра. То, что было предсказано во Второй Послании Петра, в Послании Иуды теперь осуществилось. Это могло быть сильный аргументом, если бы Второе Послание Петра постоянно употребляло будущее время (но ср. 2.10, 17–18; 3.5, где стоит настоящее время). Обычно считается что, употребляя будущее время, автор Второго Послания делает это с пророческой целью для придания правдоподобности своему бла го вести ю[2840]. Но лучшим объяснением сочетания времен является, скорее всего то, что теперь видно уже появления лжеучения, а развитие его предполагается в будущей. В таком случае употребление времен в Послании Иуды становятся более понятный, если оно было написано после Второго Послания Петра[2841].

3. Считается непонятный, почему «апостольский» писатель (т. е. Петр или его почитатель, если это Послание не подлинно) заимствует так много материала из письма столь малоизвестного человека как Иуда, тогда как совершенно понятно, почему более значительная фигура оказывает влияние на менее значительную[2842]. Силу этого аргумента трудно оценить, потому что нет никакого основания считать, чтобы сам Петр не мог заимствовать материал у другого писателя (ведь он несомненно находился под влиянием Павла, как мы показали выше). Тем не менее если оба Послания являются подлинными, то можно сказать, что Второе Послание Петра явилось основой для послания Иуды, а не наоборот. Но этому аргументу нельзя придавать большого значения, учитывая тот факт, что если Иуда был братом Господа, то он мог быть хорошо известен в широких кругах христиан[2843].

4. Ни один из приведенных аргументов не является убедительным доводом в пользу приоритета Второго Послания Петра. Вопрос приоритета может быть решен путем детального сравнения стиля, но даже и здесь критерии являются почти полностью субъективными. Так, если взять, например, ссылку на «злословие» высших властей (Иуд. 8; ср. 2 Пет. 2.10), то по мнению Уонда[2844] Второе Послание Петра искажает основную мысль Иуды, а по мнению Бигга[2845] Иуда «изменил и исказил основную мысль Петра и совершенно уничтожил эту параллель». Очевидно оба подходят к этому вопросу с уже предвзятый мнением направления зависимости и каждый приводит свои аргументы в свою пользу. И никакое стилистическое сравнение этих двух Посланий не может дать более определенного критерия. Означает ли это, что изучение всего этого вопроса ни к чему не приведет? Некоторые предложили «средний путь», который мы изложим ниже.