Самым ранним христианским писателей, упомянувшим это Послание как творение Иакова, был Ориген, который также признавал его Священный Писанием. Считается, что в одной из своих ссылок на него Ориген подверг некоторому сомнению авторство Иакова[2162], но так как в подавляющей большинстве случаев он без всяких колебаний цитирует его как Священное Писание[2163], маловероятно, чтобы он сомневался в авторстве Иакова. В Мураториевом каноне Послание Иакова не упоминается (как и Послание к Евреям и Первое Послание Петра), но это может быть связано с плохим состоянием текста этого канона, и потому не может считаться доводом для исключения Послания из канона Римской церкви[2164]. Однако важно то, что оно также отсутствует в Африканской каноне.

Интерес представляет свидетельство Евсевия, потому что, хотя он и относит Послание Иакова к спорный книгам (антилегоменам), он цитирует его как подлинное[2165]. Он пишет, что, хотя и говорится, что Послание написано Иаковом, братом Господа, некоторые считают его «подделкой»[2166]. Это несомненно говорит о том, что не все христиане, из знакомых Евсевию, считали его аутентичный. Вполне возможно, что, цитируя его как Послание Иакова, Евсевий просто следовал принятой практике[2167], потому что он говорит: «Но тем не менее мы знаем, что оно использовалось наряду с другими в большинстве Церквей». В то время сомнения в подлинности Послания могли быть связаны с неуверенностью относительно личности Иакова[2168]. Иероним также сомневается в подлинности Послания, и в одной месте он говорит, что оно было написано каким–то другим писателей от имени Иакова, брата Господа[2169], и тем не менее он цитирует его как подлинное Св. Писание. Другим доводом против аутентичности Послания является его отсутствие в раннем Сирийском каноне[2170].

Из всего вышеизложенного можно сделать два вывода. Либо сомнения в подлинности Послания являются свидетельством неапостольского авторства, и в таком случае другие свидетельства этого спорного вопроса надо рассматривать как говорящие против аутентичности Послания либо не только внутренние свидетельства, но и намеки на предполагаемые ссылки на него до 200 г. можно считать более убедительными. Так, Дж. Б. Мейор[2171] находит цитаты или ссылки на Послание у Климента Римского, Псевдо–Климента (во Второй Послании Климента), в Дидахе, Послании Варнавы, Завете Двенадцати Патриархов, у Игнатия, Поликарпа, в Пастыре Ермы и у некоторых других отцов Церкви II в. Даже если согласиться с Мейором, то этот список потребует корректировки, так как немногие ученые относят теперь Завет Двенадцати Патриархов к христианской эре. Но теория Мейора не получила широкого признания[2172]. В то же время нельзя по крайней мере отрицать все эти свидетельства, особенно что касается Климента и Ермы[2173]. Однако те, кто датирует Послание Макова II в., должны найти какое–то другое объяснение сходству между этими свидетельства ми и Посланием Макова. Одни ученые ссылаются на теорию общей среды, в которой писали Маков и другие писатели[2174], тогда как другие отрицают их зависимость и считают, что Маков знал Послания Климента и Пастыря Ермы[2175].

Но основный является вопрос подхода к данным в пользу II века. И прежде чем подробно остановиться на косвенных параллелях, Мейор делает следующее замечание относительно прямого свидетельства в пользу аутентичности Послания (т. е. в более или менее формальных списках) и разных подходов к нему на Востоке и Западе: «Это различие легко объяснить тем, что Послание было очевидно написано в Иерусалиме и адресовано евреям в восточной диаспоре; оно не претендовало на апостольское авторство или обращение к языческим Церквам и противоречит учению великого апостола язычников»[2176]. Можно привести мнение еще двух защитников аутентичности Послания. Так, Р. Дж. Нолинг[2177] считает, что обстоятельства написания Послания предполагают евреев–христиан, и это частично объясняет его малоизвестность на ранней стадии, и то, что оно не претендовало на апостольское авторство. Р. В. Таскер[2178] объясняет меньший интерес к соборным Посланиям по сравнению с Посланиями к определенной церкви тем, что последние были бесспорно апостольскими. В целом неудивительно, что это краткое Послание редко цитировалось в самый ранний период, потому что оно не было столь поучительный, как более динамичные Послания Павла. Такого рода письмо могло легко оставаться незамеченный, что хорошо показывает отношение к нему современной Церкви, и это невнимание к Посланию Макова на ранней стадии привело к последующим сомнениям, особенно в то время, когда поддельные послания распространялись под апостольскими именами.