Автор шлет приветствия в церкви в «Вавилоне» (5.13), и можно со всем основанием говорить, что он написал именно из «Вавилона». Но что он имел ввиду под Вавилоном? Имел ли он в виду Вавилон в буквальном смысле, или же это криптограмма? То, что Петр был в месопотамском Вавилоне[2427], когда писал это письмо, маловероятно по следующим причинам: (1) Петр никогда больше не связывает себя с этой областью; (2) Только значительно позже Восточная церковь стала утверждать, что ее основателем был Петр; (3) сам этот район был очень мало заселен особенно в период после миграции в 41 г.[2428] и уничтожения множества евреев в Селевкии; (4) согласно раннему преданию Петр трудился главный образом на Западе, а не на Востоке; (5) Марк почти несомненно трудился на Западе, и нам не известно, чтобы он трудился на Востоке.

Согласно другой гипотезе Послание предполагает Вавилон в Египте[2429]. Однако Александрийская церковь никогда не считала Петра своим основателем, и этот Вавилон не был столь велик, чтобы Петр мог там обосноваться и это не оставило бы никакого следа в раннем предании. Согласно еще одной гипотезе Послание было написано в Антиохийской области. Буамар[2430] поддерживает эту точку зрения на доктринальных основаниях (идея о сошествии в ад, он полагает, была связана с этой областью) и исторических (там впервые верующие были названы христианами)[2431].

Но большинство ученых полагает, что Послание было написано в Риме, считая «Вавилон» символом в том же смысле слова, что и в Книге Откровения[2432]. Согласно преданию, Петр принял мученическую смерть в Риме, и если это предание правильно[2433], то едва ли незадолго перед тем Петр жил в Вавилоне[2434]. Но почему тогда Петр обращается к символическому выражению? Контекст не предполагает иносказательного значения, хотя метафорическое употребление слова «рассеяние» в 1.1 может говорить о таком складе ума автора. Возможно, что криптограмма была употреблена в целях безопасности[2435]. Если во время написания Послания Рим был центром жестоких гонений на христиан, то отсутствие упоминания Римской церкви было бы весьма предусмотрительный, если бы письмо попало в руки властей. Писатель очевидно считал, что читатели поймутэту символику[2436].

Некоторые ученые полагают, что выражение «избранная в Вавилоне» означает женщину, а не церковь, и, связывая эту фразу с 1 Кор. 9.5, полагают, что здесь имеется в виду жена Петра[2437]. Но это довольно странное описание жены, и хотя можно согласиться с тем, что такого рода абстрактное выражение, как «церковь в Вавилоне», не сочетается с «мой сын Марк» в приветствии 5.13, все же оно может предполагать особую группу людей. Ничего неестественного в этой комбинации нет, и «церковь и Марк» представляется более естественный, чем «моя жена и Марк»[2438].