Выше отмечалось, что тщательное различение Кирилла между ἴδιος и οἰκειότης играет важную роль в том, как он изображает благодать в своих ранних творениях. Однако в период Несторианского спора и какое-то время спустя Кирилл почти перестает использовать слово οἰκειότης187. Столь разительную перемену можно было бы объяснить тем, что Кирилл заметно переключает свое внимание с общих вопросов сотериологии на конкретные вопросы христологии собственной: на вопросы об отношении между Божеством и человечеством Иисуса. Несмотря на то, что Кирилл перестает непосредственно ссылаться на Божественное οἰκειότης, его христология собственная напрямую зависит от убеждения в том, что Бог разделяет с человечеством близкое общение, которое у него есть внутри него самого. Вследствие этого христологические нотки Кирилла, которые столь выразительно звучат в период спора, находятся в полной гармонии с исполненной им ранее сотериологической симфонией, а его богословие благодати становится тем движущим фактором, который помогает ему говорить о целостном (unified) лице Христа.

В этой главе мною будет рассмотрен вопрос последовательности между двумя богословскими перспективами Кирилла: одной – более общей, присущей его раннему богословию, и другой – более узкой, присущей его христологии в поздних творениях. При рассмотрении этих перспектив будут поставлены следующие задачи: выяснить, почему Кирилл убежден в том, что слово οἰκειότης не подходит для описания христологического союза; изучить взаимосвязь между его учением о благодати и акцентом на единстве Христовой личности; рассмотреть, как Кирилл использует слово ἴδιον для описания такого личностного единства; обсудить взаимосвязь между тем, что Кирилл понимал под благодатью, и его двумя пресловутыми лозунгами:Theotokosкак обращение к Марии и формула «единая воплощенная природа Бога-Логоса» (μία φύσις τοῦ θεοῦ λόγου σεαρκωμένη).