Каким проницательным бы ни было у Феодора описание Христа, в соответствии с которым он равен остальным людям, само по себе оно не может представлять адекватную христологию. Если бы этим и заканчивалось все, что Феодор писал о лице Христа, он бы не смог защититься от тех, кто счел бы его виновным в том, что для него Христос – не более чем человек, в котором Бог пребывает так же, как и в любом другом праведнике. С этого момента я намереваюсь разобрать, в чем Феодор видел уникальность Христа и какую роль при этом играла благодать.