В понимании Кирилла Божье самодарование людям наиболее очевидно проявляется в том, что он позволяет им разделять его нетление (а значит, и бессмертие) и его святость. Как мы видели, Феодор тоже считал, что спасение – это дар нетления и святости, хотя он приурочивал эти качества к заслугам воспринятого человека, достигшего уровня второго века. В таком представлении спасение является тем состоянием совершенства, которого человек силен достичь, а не состоянием, в котором Бог позволяет человеку разделить его собственную жизнь. Вопреки этому взгляду Кирилл следует за Афанасием130, рассматривая нетление и святость как следствие человеческой сопричастности Логосу.