Мы видели, что даже если Кассиан и считал, что спасение является, по большому счету, человеческой задачей, то любое воссоздание его мысли должно учитывать тот факт, что Бог, тем не менее, зачинает этот процесс, когда призывает людей к себе. Однако, судя по ряду отрывков из монашеских творений Кассиана, создается такое впечатление, что для него монашеское действие – это ответ не столько на то, что Бог уже сделал для него, когдапризвалего (incallinghim) к спасению, сколько ответ на то, что Бог уже совершил для него, когда он спас его (insavinghim). Эти отрывки создают такое впечатление, что в христианской жизни, в целом, первенство принадлежит Божьему действию. Рассматривая эти свидетельства из монашеских творений Кассиана, я предпочту вначале те отрывки, которые склоняют нас считать, что спасение – это нечто, уже свершенное Богом в жизни монаха, а затем – те, которые описывают благодать как способ, производящий добродетель, в отличие от той благодати, которая просто содействует усилиям монаха в достижении добродетели.