Эти последние невозможно описать словами, но они должны здесь быть отмечены не только как вещи, представляющие отчет об озерных эффектах в более широком размере, как вещи, носящие более поэтический характер, чем какое-либо другое из тернеровских произведений, но и как вещи, соединяющие эффекты поверхности тумана с поверхностью воды. Два или три рисунка Люцернского озера, когда смотришь на него сверху, представляют как бы таяние горных вершин, внизу в ясной глубине, а наверху в облаках; рисунок Констанса дает вид обширного озера вечером; озеро видно не в качестве воды; его поверхность покрыта низким белым туманом, растянувшимся в сумерках на многие мили, подобно опустившемуся пространству освещенных луной облаков; рисунок Гольдау показывает озеро Цуг, которое проглядывает сквозь просвет в грозовой туче, освещенной солнцем; вся поверхность его представляет сплошное зарево огня, а вершины холмов выдаются на этом огненном фоне, подобно спектрам; другой рисунок Цюриха представляет игру зеленых волн реки среди белых потоков лунного света; пурпурный закат на озере Цуг можно отличить благодаря блеску, достигнутому без настоящего цвета, так как розовый и пурпуровый оттенки в значительной мере получаются путем контраста из коричневого; наконец, рисунок города Люцерна, сделанный в 1845 году с озера, бесподобен по изображению водной поверхности, отражающей чистый зеленый оттенок неба в сумерках.

Выше было сказано, если вспомните, что Тернер – единственный художник, который когда-либо передавал выражение тихой воды илисилувзволнованной воды.