Следы их действия заметны у самых вершин, они тонки, как нити, и многочисленны, как самые верхние ветви тонкого дерева. Они соединяются в группы по мере того, как спускаются, концентрируясь постепенно в темных волнистых оврагах, в которые вся горная масса спускается с каждой стороны, сначала выпуклым изгибом, а внизу тем однообразным склоном на каждой стороне, которые принимает горная масса при своем окончательном спуске в долину; исключение представляет тот случай, когда скала бывает слишком тверда, когда поток прорезает вертикальную борозду внизу изгибов, и тогда не бывает ровного ската[78]. Если, с другой стороны, скала очень мягка, то склоны быстро с каждым днем размножаются и в вышину, и в глубину; они подмываются внизу и крошатся у верхушки; когда они достигают вершины скалистых масс, которые отделяют друг от друга потоки, вся гора кажется разделенной на ряд слоев, похожих на навесы; все они ведут к ее вершине и становятся круче и у#же по мере того, как поднимаются вверх; эти, в свою очередь, разделяются подобными же, но меньшими ущельями, образованными таким же путем в хребтах такого же рода, a те снова на другие серии, причем распределение тем красивее и сложнее, чем мягче скала. Южная сторона Саддльбека в Камберленде представляет собой характерный пример, также Montagne de Taconay в Шамуни – прекрасный образец таких хребтов или подпор со всеми их подразделениями в колоссальном масштабе.

Я хочу обратить особенное внимание на свободную и смелую простоту всей массы и необыкновенную сложность деталей;