Даже там, где благодаря промежуточным облакам кажется, будто светлые полосы исходят от самого светила, даже в этих случаях они скорее являются порывами света, чем остроконечными лучами; еще более он любит помещать все близ солнца просто в сиянии сильного света и от первых облаков бросать лучи к зениту, хотя часто он позволяет нам видеть их только у самого зенита. Откройте 80-ую страницу иллюстрированного издания роджерсовых поэм; вы найдете там небо, сияющее солнечными лучами; но они все начинаются на далеком расстоянии от солнца и обнаруживаются благодаря массе густых облаков, окружающих самое светило. Возьмите седьмую страницу. За старым дубом, где должно находиться солнце, мы видим только сияние невидимого света, но налево, над краем облака, на темной стороне его – солнечный луч. Откройте 192 страницу – снова блестящие лучи, но все начинаются там, где облака; ни одного вы не можете проследить до солнца; и заметьте, как заботливо длинная тень на горе объяснена при помощи мрачного темного выступа, выдавшегося близ солнца. Мне незачем приводить другие примеры; во всех его произведениях вы найдете различные вариации и применение этих эффектов.