Но природа едва ли когда-нибудь ограничивается этими массами; они составляют не более тысячной доли в ее разнообразных эффектах. Она воздвигает пирамиду из их кипящих пространств, устраивает из нее преграду, подобно горе с серыми облаками cirrus, окутывает ее черным клочковатым сгущенным паром, покрывает открытую часть неба испещренными горизонтальными полями, пробивается сквозь эти последние стремительными, длинными солнечными лучами, разрывает их края местными ветрами, разбрасывает по пучинам синевы бесконечное множество верхних облаков cirrus и даже свободное лазурное пространство распускает в трепещущие тени. И все это проделывается вновь и вновь в каждой четверти мили. Там, где у Пуссена или Клода три сходные массы, природа дает пятьдесят картин, составленных каждая из миллионов менее крупных идей, пятьдесят священных дорог среди запутанных гор, из которых каждая имеет и свои собственные склонившиеся утесы, и трещины, и ущелья, и лучезарные вершины, и окутывающие ее пары, но все они не похожи друг на друга, разве только красотой, все говорят о неустанной, бесконечной работе Вечного Разума. И хотя нет никакой надежды в изображении пространства в какой-нибудь картине передать это неизмеримое и непостижимое величие, но в упомянутых случаях особенно (раньше мы видели, что это относится ко всей вообще природе) художник обязан вполне использовать имеющееся в его распоряжении пространство, как бы мало и ограничено оно ни было; каждая частица его должна давать занятие и пищу для мысли; если бы он разделил это пространство даже на миллионные части дюйма, он все-таки не достиг бы величественной сложности природы, но он должен по крайней мере сделать наибольшее из того, что имеет, не уничтожать разнообразия, увеличивая размеры частей, но повторять своих облачных форм, словом, не оскорблять двух основных принципов природы: подвижности и бесконечности. Запомнив то, что мы видели у Сальватора и Пуссена, обратимся теперь к одному из изображений неба у Тернера и посмотрим, является лионостоль же узким в своей идее или столь скупым в своем пространстве.