Вилла Галилео, безымянная композиция с какими-то каменными соснами; различные виллы при лунном освещении и изображение монастырей вПутешествии Колумбасделаны очень изящно, но этим мы обязаны их простоте, а до некоторой степени, может быть, и их незначительным размерам. Среди его больших картин нет ничего равного. КартинаБухта Вайаезагромождена материалом; в ней его в десять раз больше, чем нужно для хорошей картины, и тем не менее она настолько груба по своему колориту, что имеет вид незаконченной картины.Палестринаполна грубого белого цвета, и ее длинная аллея напоминает Гамптон Корт.Современная Италия– настоящая Англия по своей листве на переднем плане; она составлена из тиволийского материала, очень ловко разукрашенного и распределенного; она и имеет вид красивой системы, но не имеет достоинств действительности.Старинное Тиволи, большая картина, изображающая вид снизу, еще менее удачна и столь же неправильна. В деревьях много аффектированного и искусственного.Флоренция, гравюра в книге для подарков, прекрасный рисунок, поскольку дело касается моста, солнечного сияния над Арно, листьев, отдаленной равнины и крепостных башен на левой стороне, но детали монастыря и города пропадают, a вместе с ними и величие целого вида. Виноград и дыни на переднем плане беспорядочны, кипарисы полны условностей; я не помню ни одного случая, где у Тернера кипарис не был бы нарисован иначе как в общих чертах.

Главной причиной этих недостатков я считаю старание художника придать веселый и блестящий эффект видам, которые имеют прежде всего мечтательный характер, заменить ясный свет лучезарным блеском, и ту свободу и широту линий, которую он научился любить на английских возвышенностях и в шотландских долинах, насильно извлечь из страны, усеянной небольшими колокольнями и четыреугольными монастырями, страны, которую словно щетиной покрывают кипарисы, перегораживают стены, по которой и вверх и вниз идут ступени.

В одном из итальянских городов он не встретил этих затруднений. В Венеции он нашел и вольный простор, и блестящий свет, и разнообразие красок, и массивную простоту общих форм. Венецию мы должны поблагодарить за те мотивы, в которых развернулись его высшие способности в отношении колорита после изменения его системы. На эту перемену мы и должны указать теперь.

Среди более раннихкартинТернера кульминационный период, отмеченный йоркишрской серией егорисунков, отличается большой торжественностью и простотой сюжета, преобладающим мрачным в светотени и коричневым в красках; рисунок его в этот период смел, но в то же время тщательно отделан, детали по временам тонки и прекрасны.