9 сентября 1888. Москва963

Премного благодарен Вам, глубокоуважаемый и дорогой друг Николай Павлович, за присылку 3 х листов964, и тем более благодарен, что очень хорошо понимаю, что последние 2 листа стоили Вам немалого труда. Недоконченную фразу в одном из этих листов надеюсь окончить вместе с Вами, так как я питаю некоторую надежду, что Вы сами приедете с отцом965в Москву. Клиника уже открыта, о чем послана Вам телеграмма.

Хотел я Вам послать несколько листков из сочинения Л. Уорда, переведенных Кожев<никовым>, в которых говорится об контроле над природою, т. е. о чем<-то> в роде регуляции966, но в той же надежде на Ваш приезд я отложил посылку. Есть у меня книга — служба на Успение Пр<есвятой> Б<огоро>д<и>цы, составленная по образцу вечерни Вел<икого> Пятка и утрени Вел<икой> Субботы967. Эту книгу могу также Вам передать. Продолжаю заниматься статьею, которая начиналась, если не забыли, словами: «История есть всегда воскрешение, только для ученых оно есть метафорическое, т. е. знание только, а для народа действие, но только мифическое»968. Читаю при этом Кареева969, который находит, что История не будет иметь смысла, если счастие будет принадлежать только будущим поколениям; нужно, чтобы и прошедшие не были несчастливы, т. е. не были приносимы в жертву будущим, и тем не менее в прогрессе он находит удовлетворительное решение этого вопроса, и притом относит это решение не к Историософистике, а к Историософии970. Об этом вопросе можно было бы побеседовать, если приедете в Москву. Принося еще раз искрен<нюю> благодарность, остаюсь любящий и уважающий Вас

Н. Фёдоров

Свидетельствую мое глубочайшее почтение Юлии Владимировне и всему Вашему семейству.

9 сент<ября>

1888