В конце сентября 1881 познакомился с Толстым, слушал чтение его «Евангелия»206. У него сошелся и с Соловьёвым. Осенью этого года происходила перепись Москвы207, в которой принимал участие Толстой. В этот же год началось превращение Толстого, великого художника, в плохого философа. Тогда же было сообщено Соловьёву и Толстому и Страхову Предисловие. Оно было защищаемо ими против Страхова, которому очень не понравилось. В начале следующего года Соловьёв читал самый проект воскрешения, мнение о котором высказано в письме от <12 января> 1882 г. ...

Я хорошо помню, что Соловьёв в конце января, в двадцатых числах, отправился в восторженном состоянии. Накануне отъезда он читал первую лекцию, которую наметил было читать. И в самый день отъезда он был у меня на квартире и все <в> таком же восторженном состоянии, а возвратился потом очень унылым. Рассказывал, что по окончании лекции беседовал со студентами и заметил, что воскрешение не как идея, а как факт не воспринимается ими. В следующем году он стал католиком208.