22 декабря 1893. Москва

Москва, 22 декабря

1893 г.

Глубокоуважаемый Николай Фёдорович!

Я сильно виноват перед Вами, что так долго задержал Вашу записку и не исполнял своей работы. Я все время был болен, выходил только в первый раз вчера и опять засел дома, так что сегодня посылаю Вам свою заметку. Сначала у меня болело горло, а потом проявился ревматизм, что привело меня в состояние невозможности думать о чем-нибудь дельном. (Все время читал Reches3340тот том, которого я не мог найти у Вас в Музее.)

Теперь о самой статье. Я знаю, что Вы будете ею недовольны, т. к. я ни единым словом не обмолвился о школах-храмах. Это сделано умышленно. Во-первых — статья не была бы напечатана, а во-вторых (что главное) — уж Вы простите мне откровенность — я не мог писать о том, чего я не понимаю и не чувствую. Это совершенно чуждая для меня область, в которой я не привык мысленно работать. Конечно, я мог бы переписать об этом предмете с Вашей записки, но это было бы лицемерием.

Теперь далее: местами я дословно переписывал то, что сказано Вами, т. к. не находил возможным выразить этого лучше.

Так как статья принадлежит всецело Вам, то я подписался так, как, думается мне, Вы имеете полное основание подписываться3341.

Еще раз прошу извинения за запоздавшую и, быть может, неудовлетворительную работу.

Будьте здоровы!

Уважающий Вас

Иван Борисов.

P. S. Быть может, найдете нужным известить меня о чем-нибудь касательно заметки. Мой адрес: Арбат, Денежный пер., д. Гутхейль, кв. 4.