В этой лекции нет места науке, а только философия, и самое дело есть лишь мысль, а не план, не проект обращения слепой силы природы в управляемую совокупным разумом человеческого рода. Он называет [это дело] одухотворением природы омертвелой и распавшейся, которая должна стать его, [человечества,] живым телом; «в самом человечестве одухотворение его должно вести к соединению физически живущей его части (видимая Церковь) с частью физически умершею (церковь невидимая)»337, <для чего> признается необходимость содействия человека.

«Увековечение человеческой личности подчинением слепых физических сил разумной воле человека». Стр. 17‑я. «Не гибель природной особи есть разрешение мирового противоречия между частным и общим, а ее воскресение и вечная жизнь. И это разрешение добывается чрез разумное и свободное действие человеческой воли»338.

VI. Воскресение Христа принимается за поворотную точку всемирной Истории. До воскресения искомым являлось божественное, а по воскресении — соответствующее этому божественному человеческое. Результатом первой является Богочеловек, результатом второй — человекобожество в собирательном смысле. Древний мир созерцал Бога, новый дал действие. Богопочитание дало богодействие (теургию)339.

* * *

«Разъяснению вопроса о сущности <христианства> у В. С. Соловьёва посвящена одна из прекраснейших лекций его, читанных в нашем университете, — говорит проф. -протоиерей В. Рождественский в речи, читанной в публичном собрании Санкт-Петербургского философского общества 26 ноября 1900, — именнопоследняялекция его, читанная в1882 г. 25 февраля» («Христианское чтение», февраль, 1901)340. Эта лекция есть, можно сказать, перевод сказанного проекта на философско-мистический язык. Соловьёв предлагал назвать его всемирною литургиею.

«На Христианство, — говорит Соловьёв, — можно смотреть трояко: как наИсторический факт, как наидеюи как назадачучеловечества. Если мы поймем Христианскую идею, то факт христианства явится как естественная необходимость, а задача Христианства как нравственная обязанность»341. Проще сказать, Христианство не идея, а проект не таинственного лишь искупления, а действительного телесного воскресения.

«Зло есть всемирный закон, закон природы», закон неразумной природы, неразумной, пока бездействует разумная, «ибо всякая жизнь в природе начинается с борьбы и злобы, продолжается в страдании и рабстве, кончается смертью и тлением»342. Но в этом самом «отчуждении и разладе всех существ, в их взаимном противоречии и несовместности состоитбессмысленное, иррациональное бытие мира. Злое и бессмысленное в сущности одно и тоже. И если злобный разлад всех составляет бессмыслицу в мире, тосмыслмира будет противоположное, т. е. всеобщее примирение, лад, или смысл мира есть всеединство»343, а яснее — многоединство.