1 октября 1903. Ашхабад3262

1-го октября 1903 года

Глубокоуважаемый Владимир Александрович!

Сейчас получил прилагаемое при сем письмо редактора «Новый Путь»3263. Я не думаю отвечать на него, но если бы Вы нашли возможным и нужным, чтобы я отправил ему статью «Дона», в конце которой помещено письмо Достоевского, то я это сделаю; у меня только один экземпляр этой статьи, но я надеюсь, что Перцев возвратит мне ее. Что касается до напечатания в журнале «Новый Путь» письма Достоевского без пропусков, то и это оставляю на Ваше усмотрение; впрочем, в настоящее время я не мог бы послать этого письма в редакцию журнала, так как при отъезде из Воронежа отдал его на хранение в Воронежский Губернский Музей; в начале августа я писал Звереву, чтобы он прислал мне точную копию с письма Достоевского, но до сих пор никакого ответа не имею3264. Итак, жду от Вас ответа, — посылать ли статью «Дона» и помещать ли письмо Достоевского в журнале «Новый Путь», и если помещать, то не сопроводить ли его, как и в газете «Дон», особою статьею; если помещать со статьею, то не благоволите ли прислать мне статью, которую нужно предпослать письму Достоевского, если напечатать его без пропусков3265. — С своей стороны я решил ничего больше не печатать, потому что — видимое дело — не пришло еще время, чтобы учение о воскрешении было понято; я теперь буду перечитывать все у меня имеющееся, приведу все в систематический порядок, еще раз перепишу все в одну тетрадь, — которую завещаю отправить в какое-нибудь книгохранилище, как, например, Румянцевский Музей — разве не примут; ну тогда при жизни постараюсь пристроить в Воронежский Музей — там-то, Бог даст, примут. — Если же буду иметь возможность, то ремингтонирую все в нескольких экземплярах и разошлю в разные учреждения, — как Импер<аторская> Публичная Библиотека, Румянц<евский> Музей и проч.

Не попадались ли Вам афоризмы Л. Н. Толстого на каждый день, выбранные им из евангелия, Талмуда, разных писателей и собственные его, и не обратили ли Вы внимание на афоризм, в котором он советует не бояться незнания и бояться ложного знания3266, составленный, очевидно, по шаблону: «несчастие людей происходит не от того, что люди не знают Бога, а от того, что они признают ложных богов». И вот этот человек имеет успех; все, что исходит из его уст, принимается с благоговением, и сам он благоговеет пред собой, и чувствует себя наверху блаженства, как я знаю об этом от его родственника Денисенко3267(Председ<атель> Воронежского Окр<ужного> Суда), который недавно был в Ясной Поляне и писал мне об этом своем посещении. Очевидно, Толстой удовлетворяется одними словами, воскуриваемым ему на словах фимиамом, хотя все воскуривающие ему ни в чем на деле учение его не прилагают, и сам он вопреки этого учения пользуется всеми гарантиями ненавистного ему порядка, который не мог бы существовать без ненавистных ему суда и войска. Я думаю, что тех последователей своих, которые желают на деле осуществлять его учение, Толстой сам же осудит, если они доведут это до крайности и не сумеют оградить себя от страданий, которые могут при этом навлечь на себя; и во всяком случае ни на какую помощь с его стороны в таких случаях никто рассчитывать не может, и такие расчеты он счел бы за величайшую наглость.

По поводу письма Перцева должен сказать, что посылал ему газету «Асхабад» с статьями, о которых он упоминает, и о чем я Вас уже уведомлял3268, а затем я послал ему еще и прилагаемую небольшую статейку3269(посылал при этом и статью «Разоружение») по поводу восторга, который вызвало открытие Филиппова, лишившегося жизни при последнем, как полагают, испытании своего открытия, которое давало возможность на расстоянии сотен верст [окончание не сохранилось.]