Алмаз пишет о себе очень коротко и точно. Невозможность слышать для него – не трагедия и горе, а просто обстоятельство, с которым надо справляться, иначе он не сможет делать то, что должен.
При этом он хорошо понимает своё положение: самостоятельно решить возникшие проблемы у него нет возможности, а государство ему также ничем помочь не может. В селе, где живёт Алмаз, нет работы, за которую можно получить достаточно денег, а уехать он не может, потому что обязан заботиться о престарелой маме.
"Добрый день! Меня зовут Нуриев Алмаз Азатович, мне сорок лет (07.08.1986 г.р.). Проживаю в селе Верхнеяркеево Республики Башкортостан. Я инвалид 3-й группы по слуху. Диагноз смешанная кондуктивная и нейросенсорная тугоухость неуточненная был поставлен мне с рождения. Хотя сначала врачи считали, что это последствия прививки. В какой-то момент я перестал отзываться на звуки.Спасибо моей маме, которая занималась со мной, и я смог окончить Бакалинскую КШИ для обучающихся с ОВЗ, затем Сарапульский колледж для слабослышащих. Всегда мог общаться только с тонко слышащими импортными слуховыми аппаратами. В 2008 г. отец ушёл из семьи, я стал работать на себя. Сейчас мама на пенсии, стараюсь ей помогать.
Тринадцать лет назад в 2013 г. мне была проведена операция кохлеарной имплантации (французский имплант Neurelec), процессор которого должен заменяться каждые 5 лет. С имплантом я стал слышать хорошо. Последняя замена была в 2018 г. Из-за санкций последующая замена не произведена, ввоз этих имплантов в Россию прекратился. У дистрибьюторов в России есть только наружные запчасти. Процессор требует тонкой настройки (замены). Текущий аппарат надеваю только на важные события, т.к. он шумит и вызывает головные боли и уже не пригоден для использования. Медкомиссия выдала заключение, чтобы слух резко не начал падать, мне срочно рекомендуют приобрести сверхмощный заушный аппарат. Врачи также предлагали сделать кохлеарную имплантацию на втором ухе, но проводить такую операцию в сорок лет рискованно.
Сверхмощный заушный цифровой слуховой аппарат вписан в ИПРА, есть письменная рекомендация от врача-сурдолога ГБУЗ РКБ имени Г.Г. Куватова. СФР готов выдать сертификат на приобретение ТСР только на 15.000 руб. Отечественные слуховые аппараты не подходят, слишком маломощные. Поэтому мне подобран аппарат из Швейцарии – PHONAK Naida P90-UP, стоимостью 174.900 руб".
Тринадцать лет назад в 2013 г. мне была проведена операция кохлеарной имплантации (французский имплант Neurelec), процессор которого должен заменяться каждые 5 лет. С имплантом я стал слышать хорошо. Последняя замена была в 2018 г. Из-за санкций последующая замена не произведена, ввоз этих имплантов в Россию прекратился. У дистрибьюторов в России есть только наружные запчасти. Процессор требует тонкой настройки (замены). Текущий аппарат надеваю только на важные события, т.к. он шумит и вызывает головные боли и уже не пригоден для использования. Медкомиссия выдала заключение, чтобы слух резко не начал падать, мне срочно рекомендуют приобрести сверхмощный заушный аппарат. Врачи также предлагали сделать кохлеарную имплантацию на втором ухе, но проводить такую операцию в сорок лет рискованно.Сверхмощный заушный цифровой слуховой аппарат вписан в ИПРА, есть письменная рекомендация от врача-сурдолога ГБУЗ РКБ имени Г.Г. Куватова. СФР готов выдать сертификат на приобретение ТСР только на 15.000 руб. Отечественные слуховые аппараты не подходят, слишком маломощные. Поэтому мне подобран аппарат из Швейцарии – PHONAK Naida P90-UP, стоимостью 174.900 руб".Алмаз приспособился к жизни в почти полной тишине, но если она станет абслютной - жить станет ещё труднее
"Сейчас я читаю по губам. Правым ухом, если близко подойти и что-то громко сказать, то ещё могу расслышать. Я общительный, жизнерадостный. Живу один, не пью, не курю, ищу спутницу жизни. Вожу машину, если рядом кто-то сидит. Также хожу на рыбалку, занимаюсь видеосъёмкой и фотографией. Когда аппарат работал, подрабатывал этим. Сейчас работаю в доставке. Хочу устроиться официально на работу, на производство в Елабуге. По профессии я радиомеханик. Хорошо рисую, у меня очень аккуратный почерк. С выходом импланта из строя у меня стало меньше знакомых.
Слух на правом ухе всё сильнее снижается. Я вынужден обратиться за помощью к благотворителям, потому что своими силами новый мощный слуховой аппарат мне не приобрести. В данной ситуации важно сохранить хотя бы небольшую слышимость одного уха. Я единственный кормилец и поддержка мамы".
Слух на правом ухе всё сильнее снижается. Я вынужден обратиться за помощью к благотворителям, потому что своими силами новый мощный слуховой аппарат мне не приобрести. В данной ситуации важно сохранить хотя бы небольшую слышимость одного уха. Я единственный кормилец и поддержка мамы".