Для Аристотеля государство есть высшая форма человеческого общежития, проистекающая из стремления к общему благу. Поэтому государство есть форма естественного состояния человека, ибо человек по природе своей есть существо политическое. Государству предшествует, по учению Аристотеля, тоже естественная, но менее сложная форма общежития: сначала семья, потом союз нескольких семей, составляющих селение, из нескольких же селений образуется государство. Как и Платон, Аристотель считает государством полис, город с округой. Это государство является средой, в которой человек находит условия не просто существования, но и доброго, счастливого существования. И как среда, осуществляющая полное развитие естественных сил человека, государство есть как бы естественная форма для человеческого общежития. Хотя оно исторически существует после семьи, после селения, но как цель, в телеологическом смысле, оно существует раньше личности. Подобно тому, как у Платона целое ставится выше частей, государство и общество поглощают индивида, и для Аристотеля «природа государства стоит впереди природы семьи и индивида: необходимо, чтобы целое предшествовало своей части, так как с уничтожением живого существа в его целом (человека, например) не будет ни ног, ни рук, разве только номинально, в таком, например, смысле, как каменную руку называют рукой. Поэтому каждый человек относится к государству точно так же, как вообще части относятся к своему целому. А кто не может жить в обществе, или кто не имеет нужды ни в чем, потому что сам доволен собой во всем, тот не составляет никакой части государства и есть зверь или бог»…[93]