Из кого состоит государство, кто является его гражданами? Здесь мы наталкиваемся у Аристотеля, как и у Платона, на основной грех античного общества, на принципиальное оправдание рабства. Здесь отражается общее их пренебрежение к производительному труду. Рабы собственно соответствуют у Аристотеля наемным производительным рабочим нашего времени[94][95][96]. Но по тому отношению, которое существует в древнем античном обществе к продаже рабочей силы, рабы не только по юридическому положению, но и в общественном мнении суть люди, стоящие вне гражданского общества, не имеющие прав человека. Рабы в системе Аристотеля, как и всякие вообще слуги, суть только одушевленные существа[97][98]. Аристотель различает орудия одушевленные и неодушевленные, и этими одушевленными орудиями являются рабы. Такова природа раба. — «Кто, будучи человеком, по природе своей принадлежит не себе, но другому, тот раб по своей природе. Хотя он и человек, но если он составляет предмет имущества другого, то он и человек другого, и имущество другого, а имущество вообще есть практическое средство жизни, отделимое от его владельца»[99]. Аристотель уподобляет отношения между гражданами и рабами отношению между душой и телом. «Всякое живое существо состоит из души и тела. Естественное отношение между ними таково, что душа властвует, а тело подчиняется»[100]. И вот, применяя это в отношении рабов и граждан, он заключает, что «если некоторые люди настолько разнятся от других, насколько тело разнится от души, животное от человека, то они рабы по самой природе своей, и лучшая их доля такова, чтобы быть в подчинении той же самой власти, какой подчиняется тело и животные. По природе раб тот, кто может принадлежать другому, тот, кто настолько лишь причастен разуму, чтобы понимать разумное, а не настолько, чтобы самому обладать разумом. Что же касается до других животных, то они не чувствуют над собой даже внушений разума, но руководятся лишь одними инстинктивными побуждениями. Но относительно пользы, которую приносят рабы и домашние животные, те и другие мало различаются между собой: своим телесным трудом они одинаково доставляют помощь во всех необходимых потребностях жизни. Природа, желая установить такое различие между свободными и рабами, делает различие между самими телами. Тела рабов сильны, так что они могут быть употребляемы на разные работы, необходимые в жизни, а тела свободных не согбенны и не способны на такие работы; зато свободные люди годны для политической жизни, которая является в двух видах: как деятельность воинская и как деятельность мирная»[101].