Полную противоположность этому, серьезному и мрачному мировоззрению представляет эпикурейское, легкомысленное мировоззрение среднего европейца, для которого стремление к увеличению богатства, комфорт, вечная потребность наслаждения являются чем–то насущным и настолько само собой разумеющимся, что ему даже в голову не приходит создавать для оправдания этого особую доктрину или мораль, и все своеобразие его мировоззрения осознается только в сопоставлении с мировоззрением противоположным. Послушаем, как говорит о себе это мировоззрение устами одного из талантливейших представителей современной экономической науки — Вернера Зомбарта.

«Я предвижу, что грядущее поколение после долгих столетий лишений, наконец, снова будет вести жизнь, которая будет пропитана красотой и довольством. Явится поколение, которое из полноты богатства, притекающего к нему с расточительным изобилием, создаст целый мир вожделений и красивых форм, поколение людей, для которых наслаждение, радость жизни сделаются само собой разумеющимися спутниками земных странствий, людей с утонченными чувствами, с эстетическим миропониманием. Это значит: количественно потребность в изящном примет такие размеры, о которых мы теперь не можем составить себе ни малейшего представления, она возрастет безмерно до таких колоссальностей и великолепия, по сравнению с которым роскошь императорского Рима, блеск Венеции, расточительность Версаля превратятся в ничто»[38]. В другом месте Зомбарт обращает внимание на «более ценное, искусное и удобное устройство ресторанов и отелей, кафе и кабаков, железнодорожных поездов и пароходов, торговых домов, а равно и всех деловых помещений капиталистических предприятий. В настоящее время впереди всех по части эстетической обстановки идут магазины парфюмерными товарами и галстуками, магазины белья, салоны для завивки дам, салоны для стрижки и бритья, фотографические мастерские и т. д. Деловая и торговая жизнь пропитываются красотой» . Натурально, единственным признаком красоты здесь является техническая целесообразность: «мы научимся находить прекрасным то, что является технически совершенным». «В машине лежит стиль будущего». Конечно, со своей точки зрения, Зомбарт совершенно устраняет понятие и вопрос о роскоши. «Не существует столь расточительных трат, столь утонченных наслаждений жизнью, которые бы не могли найти своей санкции и потому оправдания в личности своего исполнителя. Драгоценная жемчужина, которую Клеопатра велела растолочь с тем, чтобы высыпать порошок в чашу с вином, предложенную гостю, упоминается во всяком трактате о роскоши как иллюстрация “крайностей”. Однако кто из тех, кому хотя [бы] до некоторой степени понятно очарование необыкновенных людей, захочет искать их в образе этой великой жены? Или в ночных катаньях Людвига II? Или в роскоши и блеске короля–солнца?»[39]