1. В то время, когда я так размышлял, внезапно мы, ничуть не ведаю каким образом, очутились на какой–то очень высокой башне, так что мне показалось, будто мы находимся под облаками: взглянул я с нее вниз и увидел на земле какой–то город, на вид блестящий, красивый и очень обширный, но концы и границы его все–таки можно было обозреть со всех сторон. Этот город был построен круглым, защищен стенами и валами, а вместо рва была какая–то темная глубь, не имеющая, как мне казалось, ни берега, ни дна. Только над городом было светло, а дальше — за оградой все покрыто тьмою[8].

2. Самый город, как я заметил, был разделен на бесчисленное количество улиц, площадей, домов и построек больших и малых; везде было множество народа, словно муравейник кишел муравьями. У восточной стороны возвышались какие–то ворота, а от них шла улица к другим воротам, обращенным к западу; через эти вторые ворота можно было проникнуть в различные улицы города, из которых главных я насчитал шесть; все они шли от востока к западу, одна подле другой. Посередине их была как будто торговая площадь, очень округленная, дальше к западу стоял на скалистом холме какой–то высокий замок, на который очень часто смотрели все граждане.

3. Мой провожатый обратился ко мне с такими словами: «Ну, вот, милый путешественник, здесь тот свет, на который ты хотел посмотреть. Для того я повел тебя сначала на эту высоту, чтобы ты поглядел на него целиком и понял его устройство. Эти восточные ворота суть ворота жизни; через них проходят все, кто является на свет для жизни. Вторые ворота, ближайшие, суть ворота распутья; от них каждый обращается к тому или иному занятию, кому какой выпадет жребий.

4. Улицы же, которые ты видишь, суть различные состояния, сословия и специальности, к которым обращаются люди. Видишь — главных улиц шесть. В одной, к востоку, живет домашнее сословие: родители, дети и челядь, в соседней — ремесленники и все занимающиеся промышленностью, в третьей, ближайшей к площади, находится сословие ученых, занимающихся работою мысли. С другой стороны сословие духовенства, к которому люди прибегают для исполнения религии; затем сословие правителей и начальников света; ближе к западу — рыцарское сословие, занимающееся военными делами. Как все это искусно устроено! Одни производят всех, другие всех питают, одни учат всех, другие за всех молятся, одни судят всех и оберегают от беспорядков, другие воюют за всех, и таким образом все служат друг другу, и всё находится в равновесии.

5. Этот замок, который ты видишь на западе, есть Arx fortunae, замок счастья; в нем живут более властные люди, приобретая там богатства, роскошь и славу. Сюда сходятся люди из всех сословий и требуют, что им нужно; посередине же этой площади, как бы в центре всего, находится резиденция королевны светаМудрости».

6. Мне очень понравилось такое устройство, и я стал хвалить Бога, что искусно разделил сословия в свете. Одно только не понравилось мне. Эти улицы во многих местах казались как бы проломленными, так что одна вдавалась в другую; это, как мне показалось, могло служить причиною ошибок и заблуждений. К тому же, когдя я глядел на эту округленность света, то ясно чувствовал, что он двигался и вертелся, как в колесе, так что я боялся, чтобы не закружилась голова. Когда же я повел по нему глазами, по разным сторонам, то увидел, что все до мельчайших вещей суетилось, как в муравейнике; когда я напряг слух, то все было наполнено шумом, гиканьем, хохотом, свистом и криком.

7. Толмач мой,Обман,обратился ко мне: «Видишь, мой милый человек, как роскошен этот свет, как все в нем прекрасно, и это издалека лишь глядя на него; что ты потом скажешь, когда рассмотришь его с его роскошью по частям? Да кому же не мило быть на нем?» Я ответил: «Издали мне это нравится, не знаю, как потом будет». — «Как ни посмотри, все хорошо, — сказал он: — верь только; ну, пойдем дальше».

8.Вездесущостановил его: «Подожди еще, я ему укажу отсюда то место, куда мы потом уж не пойдем. Оглянись–ка назад, к западу. Видишь ли, как здесь у этих темных ворот что–то копошится и лезет сюда?» — «Вижу». — «Это люди, — ответил он мне, — вновь являются на свет (сами не зная, откуда), не зная еще, что они люди; поэтому–то и есть около них одна только тьма и ничего другого, кроме одного крика и слез. Но когда они идут этой улицей, то понемногу перед ними начинает светать, так что они доходят до этих ворот под нами. Пойдем, посмотрим, что здесь делается».