1. Создатель света тот же, что и Создатель мира. Не зажги Он древле для мира видимый нами свет, все и поныне было бы похоронено под вечной тьмой. И если бы Он не зажег в умах свет, нам желанный, мы напрасно мучались бы вовек, жалкие и темные.

2. Но милостивый Отец светов зажег его и готов помочь ему разгореться — лишь бы мы своим упрямством не мешали Его делу. Заботливая Его рука не менее требует нашего участия в этом, чем когда желает извлечь из кремня и стали или иных природных подручных средств нашими руками внешний огонь для внешних наших нужд и внешний происходящий от него свет.

3. Рассмотрим же, как это устроено, чтобы и на этот раз свидетельствовать о Боге нашем:ничего не упустила милость Его для нашего блага; и так мы поймем, что именно может привести нас к благу.

4. Свет, чьих оснований мы доискиваемся, есть умный свет, озаряющий ум. Ночто значит «озарять ум»!Безусловно,обучать.А так какобучениеу насвозможно тремя способами,ни одного из них Бог не упустил. В самом деле, человек человека учит прежде всего примером: делая что–либо на глазах у другого, он молчаливо приглашает его к подражанию. (В этом смысле справедливо замечено:показать другому свое ремесло — значит научить его ремеслу.)Затем можно обучать наставлениями, илиправилами,показывая орудия и объясняя, для чего они служат и как применяются. И наконец, вмешательством в действия другого, порицанием и исправлением ошибок, наставлением не упорствовать в ошибке.

5.Теми же способами угодно было просвещать нас и Богу.Ведь Он обучает нас,во–первых, примерами премудро устроенных своих творений.Их Он выставил перед нами столько, сколько есть вещей в мире.Во–вторых, Он наделил душу светом разума,непрерывно сообщающего нам правила для всего, с чем мы встречаемся.А если мы все же заблуждаемся, Он воспрещает и исправляет уклонения, обращаясь к нам своим гласом свыше(или давая нам в руки прежние свои наставления, запечатленные Писанием).

6.Вот три Божиих светильника, из которых изливается на нас сияние Божие: мир, вечная мастерская Божией премудрости; наш ум,вечно показывающий и объясняющий нам основания вещей;слово Божие,вечно воспрещающее и исправляющее наши ошибки.

7. Эти трисветильникасправедливо называются такжетремя книгами Божьими, и тремя Божьими ристалищами, и тремя зерцалами Божьими, и тремя законами Божьими, и тремя нашими Пандектами, и трояким источником премудрости.

8. Они называются книгами Божьими. Первая из них и величайшая,книга мира,изнутри и снаружи исписана бесчисленными буквами божественной премудрости. Близко с ней связанакнига ума,также обильно исписанная на все распространяющимися и все себе подчиняющими правилами, которые называютврожденными понятиями, врожденными устремлениями и врожденными способностями.Третья —книга божественных откровений,содержащая слова Божии, издревле переданные людям или внушенные человеческой душе и по велению Божиему записанные для остальных, дабы ни в одном важном деле не оставаться нам без божественного руководительства.

9. Они называютристалищами:ибо великолепные игры устраивает на них для нас премудрость Божия, едва ли не всякий день являя в мире новые зрелища, новые открытия человеческого ума, раскрывая все новые тайны из глубин Писания.

10. Они называютсязерцалами,ибо в них Бог сокровенный, пребывающий в вечности, зримо являет свою незримость. Ведь мир — не что иное, как отражение скрытой мощи, премудрости и благости, оставивших на чувственной материи разнообразные отпечатки, так что в каждом творении, словно взеркале,можно видеть саму творящую премудрость, мощь, благость. И поскольку она сотворила все в мире по числу, мере, весу согласно определенным первообразам, она запечатлела эти первообразы вещей, число, меру, вес в наших душах, дабы в них сияли основания всех вещей. Наконец, свой тайный и вечный промысел о нас она повелела занести в книги своего Писания, облекши в точные и ясные слова, чтобы оттуда он мог отражаться на нас, словно иззеркала.

11. Они называются такжезаконами,ибо если мы желаем обдумать, высказать, сделать что–то четко, разумно, благочестиво, свято — надежнее всего соразмерить это с тем, что сотворил, внушил, сказал Бог.

12. Наконец, мы называем их нашимиПандектами, или сводами всего, что должно быть ведомо или неведомо.Ведь мир поистине содержит Пандекты всего чувственно воспринимаемого, дух наш — умопостигаемого, а Писание — духовного и вечного. В первом представлено все, что можно воспринять чувствами, во втором — все, что можно постичь умом, в третьем — все, во что можно и должно верить ради спасения. Если нечто не представлено, этого знать не следует.

13. Но уместнее всего будет назвать ихвсеобщими источниками света,ибо ручейки всех когда–либо бывших, ныне сущих или могущих быть человеческих помыслов текут и могут течь только оттуда, и притом их довольнона все, для всех и во всех отношениях.

14.Этих источников света на все довольно,и что бы ни потребовалось нам узнать, это можно почерпнуть оттуда, а больше ниоткуда. Ибо как существовать может лишь то, что сотворил Бог, так и познавать можно лишь то, что явил Бог. А Он все, что нужно нам знать, явил и являет этими самыми тремя способами:через внешние творения, через внутренние веления и, сверх того, через слова,толкующие Его сплошь и рядом недопонятую волю. Так чтомногое нам открыто, и достаточно у нас учителей: вне нас — все творения, внутри нас — мы сами, над нами — Бог, Создатель наш, не покидающий свое творение.Все твари, силою какого–то им самим неясного побуждения, все свои дела вершат у нас на глазах, дабы мы учились, что и как может происходить. Однако еще полнее мы познаем все, что даножелать, мочь, знать,из самих себя, если всматриваемся воврожденные свои побуждения, способности и понятия.Наконец, Господь, добавляя здесь и там толкования, объясняет недопонятое и направляет нас,пуще всего предостерегая, чтоб не уклонялись мы от конечных целей. Значит, если мы уразумеем эти три Божии книги, мы станем всезнающими, но тем человеческим всезнанием, которое нам позволил и которого от нас даже требует Бог.Ведь если бы Он не желал, чтобы заключенное в них было ведомо, Он бы не явил этого на ристалищах. А раз явил, тем самым выразил желание, чтобы это видели. Но с какой целью видеть, если не познавать? Еслижеесть у Бога нечто скрытое, здесь не явленное, то оно, поскольку узнать о нем мы никак не можем, не должно нас заботить. Поэтому верно, что трояким этим светом и сиянием Божиим открывается все.

15. Что явленное таким образомявлено всем,очевидно из того, что этиБожии светильникиосвещают путь всем людям. Ведь первый светильник зажжен на всенародном ристалище мира и виден каждому под небесами. Второй заключен в душе у каждого. Третий дан людям так, чтобы его передавали из рук в руки и служил он каждому. Укаждого из нас перед глазами мир, где вечно на виду у нас вершит свои дела десница Господня;и никто не может не обретаться в нем, хотя многие бесстыдно отворачиваются и расхаживают при таком свете с закрытыми глазами.А ум, полный мысли, непрестанно сообщающий нам вечные законы вещей, каждый человек ощущает в себе даже ночью, когда уснули все внешние чувства.И если бы мир устранить, а оставить лишь человеческий дух в бездне небытия, он, возможно, не переставал бы созерцать основания вещей и создавать новые миры — так жарко пылает в нас этот внутренний светоч.Что же до звучащего вокруг нас гласа Божия,то его, конечно, не все слышат в равной степени, но те, кто действительно слушает, слышат. Скоро станет ясно, что все могут и должны слышать его так же.

16. Наконец то, чтоэтих Божиих светочей довольно для познания всего во всех отношениях, следует из того, что зажжены они нам Богом, который есть Истинаи не может обманывать или обманываться. А значит, в них —истинный свет. Стало быть, мир — не пустое видение, но создание действительнейшее, повсюду воспринимаемое чувствами; не обман и свет ума, если рассматривать его в чистом виде,хотя иногда ум, поврежденный, перегруженный, затемненный множеством и разнообразием вещей, не в силах соразмерять свои действия, впадает в ошибки. Однако глубина души, заключающая врожденные уму понятия, вечно хранит неизменные законы истины, что станет ясно чуть позже{как и об откровениях слова Божия),когда мы рассмотрим эти источники света по отдельности, дабы надежнее убедиться в их достаточности.