1. Причиной моего удаления был страх Господа3552. Я привык, насколько могу, к Нему обращать все свои деяния, от Него никогда не отвращать своего ума и никакую человеческую благосклонность не ставить выше благодати Христовой. Я никому не причиняю обиды, если предпочитаю всем Бога, и, полагаясь на Него, не боюсь говорить вам, императорам, что думаю и чувствую сам. О чем не молчал я перед другими императорами, о том не умолчу, всемилостивейший император, и перед тобой. И чтобы соблюсти во всём порядок, вкратце изложу всё, что относится к делу.

2. Преименитый муж Симмах, когда был префектом Города3553, обратился к августейшей памяти Валентиниану Младшему, чтобы тот приказал вернуть изъятое из языческих храмов. Он действовал в соответствии со своим образом мысли и в интересах своего обряда. Тем паче я, епископ, тоже должен был поступить сообразно своему положению. Я направил императорам два послания3554, в которых указал, что христианин не может оплачивать жертвоприношения. Не но моему совету расходы были сокращены, однако я дал совет не назначать их, поскольку получалось, что их не возвращают, а дарят идолам. Ведь не сам Валентиниан их отнял и поэтому не мог возвратить, а как будто по собственному усмотрению щедро жертвовал на нужды суеверия. Если бы он это сделал, то он либо не пришел бы в церковь, а если бы пришел, то не нашел бы там епископа, либо в церкви нашел бы в его лице противодействие. Не могло служить оправданием и то, что Валентиниан был оглашенным3555, потому что и оглашенным не позволено жертвовать средства на идолослужение.

3. Мои послания были прочитаны в консистории. Присутствовал преименитый честью магистр военных дел комит Бавтон3556и Руморид3557, облеченный тем же достоинством, с раннего детства приверженный вере языческих народов. В то время Валентиниан послушался моего увещания и поступил, как требовала наша вера. И с этим согласились также и его комиты.

4. Впоследствии я также лично обратился ко всемилостивейшему императору Феодосию и без колебаний говорил с ним. Он, когда ему подали такого рода прошение от сената (хотя и не весь сенат просил), не сразу согласился с моим заявлением. В течение нескольких дней я не являлся к нему, но он не разгневался, ибо я делал то не ради собственной выгоды, ноне стыдился пред царями(Пс. 118:46) говорить то, что было на пользу и ему самому, и моей душе.

5. И вновь прошение, посланное3558сенатом августейшей памяти принцепсу Валентиниану, находившемуся в Галлии3559, не возымело никакого действия, а меня тогда точно не было, и я ничего не писал ему.

6. Но после того, как кормило власти оказалось в руках твоей милости, стало известно, что эти дары пожалованы мужам, имеющим значительные заслуги перед государством, но придерживающимся языческого образа мыслей. Возможно, скажут, августейший император, что ты не языческим храмам возвратил привилегии, но одарил тех, кто заслужил это перед тобой. Однако тебе известно, что действовать надо в страхе Божьем и с постоянством, и в вопросах свободы так часто поступают не только священнослужители, но и те, кто состоит у вас на военной службе или служит чиновником в провинциях. С твоим приходом к власти послы потребовали, чтобы ты возвратил привилегии языческим храмам, ты этого не сделал. В следующий раз вновь потребовали, уже другие, ты отказался, а после этого счел, что надо одарить самих просителей3560?

7. Хотя и велика императорская власть, но подумай, император, насколько выше власть Бога: Он видит сердца всех3561, вопрошает внутреннюю совесть, знаетвсё прежде бытия их(Дан. 13:42), знает тайны твоего сердца. Вы сами не терпите, чтобы вас обманывали, а от Бога хотите укрыться? Разве подобное не пришло тебе на ум? Если они добивались своего столь настойчиво, разве не подобало тебе, о император, тем более настойчиво защищать3562почитание Бога Вышнего, Истинного и Живого и отвергать то, что оскорбляет священный закон?

8. Кто позавидует, если ты даровал другим, что хотел? Мы не надзираем за вашей щедростью и не завидуем выгоде других, но мы имеем суждение о вере. Как ты принесешь свои дары Христу? Немногие оценят, что ты сделал, все — что ты хотел сделать. За всё, что они сделают [с твоими дарами], будешь отвечать ты, за то, чего не сделают, они сами. Хотя ты и император, тем более должен быть покорен Богу. Как служители Христовы будут распоряжаться твоими дарами?

9. Такого рода случай произошел и в прежние времена3563, однако гонение уступило вере отцов, и язычество потерпело поражение. Когда в городе Гире проводились пятилетние игры и посмотреть их прибыл царь Антиохии3564, преступнейший Иасон3565отправил на зрелища уполномоченных–антиохийцев3566доставить из Иерусалима триста драхм серебра. Иасон послал эти деньги для жертвоприношения Гераклу, однако отцы не отдали деньги язычникам, но, послав верных мужей, потребовали потратить деньги не на жертвоприношения — потому что не подобало этого делать, — а на другие нужды. И было провозглашено, что хотя тот и послал серебро на жертвоприношение Гераклу, следует взять посланное. Поскольку жалобщики по своему усердию о богопочитании настаивали, чтобы средства пошли не на жертвоприношение, а на другие нужды, деньги были переданы на постройку кораблей. Они вынуждены были послать деньги, однако послали их не на жертвоприношение, но на другие государственные расходы.

10. В конце концов они добились своего. Они могли бы промолчать, но повредили бы вере те, кто знал, для чего предназначены деньги, и потому послали мужей богобоязненных, постаравшихся, чтобы посланное отдали не языческому храму, а на строительство кораблей. Они доверили деньги тем, кто выступил в защиту священного закона: доказательством послужил исход тяжбы, облегчивший совесть. Если они, находясь под чуждой властью, принимали такие меры предосторожности, то нет сомнений, что следовало сделать тебе, император. Во всяком случае, тебя никто не принуждал, никто не имел над тобой власти, ты должен был посоветоваться с епископом.

11. В свое время я этому воспротивился, хотя воспротивился только я один, однако не один я был против и не один высказывал советы. Я связан моим словом и перед Богом и перед людьми, и я понял, что мне нельзя поступить иначе и не подобает иного, как с покорностью удалиться, чтобы позаботиться о себе, потому что о тебе я не смог3567. Я долго подавлял и скрывал печаль, считал, что не следует никому ничего говорить. Но сейчас мне нельзя скрывать, и я не волен молчать. И в самом начале твоего правления я не ответил на твое письмо, потому что предвидел, что так случится. Когда ты потребовал ответного письма, я не написал его, но сказал: по моему мнению, язычники от него этого добьются.

12. Когда представился случай для исполнения моего долга, я и писал, и просил за тех, кто тревожился за свою судьбу, чтобы показать, что в делах Божьих мне присущ праведный страх и что я не ставлю лесть выше собственной души. В тех же делах, где подобает вас просить, я выказываю предупредительность, подобающую власти, как написано:Кому честь,честь; кому оброк, оброк(Рим. 13:7). Кому я от всего сердца выказывал уважение как частному лицу, разве не выкажу уже ставшему императором? Но если вы хотите, чтобы вам воздавали почести, потерпите, что мы воздаем их Тому, Кого вы желали бы показать Подателем вашей власти.