1. Встретилось нам в чьих–то сочинениях2051 Пифагорово правило, которым он запрещал своим ученикам пользоваться путем торным и привычным для народа. Однако не является тайной, откуда он это позаимствовал. Ведь поскольку, как считает большинство, свой род Пифагор вел от племени иудейского,2052 из его учения он и почерпнул наставнические предписания,2053 и среди философов заслуженно считается великим,2054 и трудно, говорят, найти ему равного. Стало быть, читал он в Исходе заповедь божественного гласа, данную Моисею: Сними обувь с ног твоих (Исх. 3. 5), а также, очевидно, и предписание, данное Иисусу Навину,2055 чтобы, желая идти дорогой Господней, отрясли они прах торной, проезжей дороги. Читал он предписание, данное тому же Моисею, чтобы тот со священниками взошел на гору, а народ — остался внизу. Следовательно, отделил Бог священников от народа, а впоследствии самому Моисею приказал войти в облако.2056

2. Видишь разделение: у священников не должно быть ничего простонародного, ничего обыденного, ничего общего с обычаями и нравами грубой толпы. Почтенности трезвенной, чуждой толпе, жизни строгой, ответственности исключительной требует для себя звание священника. Ибо как может народ почитать того, кто не имеет ничего сокровенного от народа, кто ничем не отличается от большинства? Чему он будет дивится в тебе, если узнает в тебе свое, если нe увидит в тебе ничего, что недоступно ему, если то, чего он стыдится в самом себе, в тебе, кого он считает достойным благоговения, ранит его взор.

3. Итак, возвысимся над простонародными представлениями и будем уклоняться от мостовых, по которым снует2057 чернь, от стезей обыденной жизни, от земли с утоптанными тропами, по которой бежит тот, чья жизнь быстрее гонца, о ком сказано: Прошел и не увидел (Иов 9. 25). Но будем искать для себя пути, недоступного для речей людей дерзких, непроходного для дел людей неопытных, пути, которого не попирал никто запятнанный, то есть запятнанный грязью собственной лености, покрытый нечистотами неправды, погребенный под мрачными развалинами2058 души, кто не вкусил сладости добродетели, кто предпочитает смотреть на нее искоса, а не принимать с искренним чувством и открытым лоном ума, и кто — это свойство большинства, считающего остроумием и изысканностью превращать красоту премудрости в безобразие лукавства, — не видя истинной благодати и словно пребывая в ночи, не верит живущим при дневном свете,2059 ибо он из числа фемеев и савейцев, отпадающих и отвращающихся от истины,2060 о которых говорит Иов: Вы видите дороги фемайские и пути савейские, ибо постыдится, кто надеется на города и на богатство. Так и вы восстали на меня немилосердно; потому, увидев рану мою, боитесь (Иов. 6. 19–21).

4. Так оставим же эти бездорожные тропы уклоняющихся с пути и ту пыль ослабевающих, которые из–за своей похоти часто падали в пустыне.2061 Но обратимся и последуем путем премудрости, которого не попрали сыны величающихся и хвалящихся (Иов. 28. 8), которого гибель не знает, смерть не ведает, ибо Бог управил его,2062бездна сказала: Не во мне он, море сказало: Не со мной он (Иов 28. 14)! Но если ты ищешь путь премудрости и научения, то почитать Бога и Ему подчиняться — вот премудрость, воздерживаться от грехов — вот научение (Иов 28. 28).

5. Так что же нам до пути века сего, на котором ждет нас искушение? Даже сама жизнь человека — искушение (Иов 7. 1) и ничтожнее пустых слов (Иов 7. 6): обитать в глиняных домах,2063 денно и нощно печься о выгоде и о выгоде всегда помышлять, и, словно наемнику, искать дневной мзды, и, как говорят о цикадах, питаться дуновением страстей,2064^— воистину словно цикады, ибо одним днем они живут и от собственных жалоб надрываются.2065 Что же иное суть люди легкомысленные, без научения, как не те же цикады, рожденные, чтобы умереть в тот же день, скорее стрекочущие, чем говорящие; те, кто в кипении пылающих страстей расслабляет себя погибельным пением и внезапно погибает, не принеся никакого плода, не получив благодати? Итак, пути их — погибельные и извилистые пути змей, которые влачатся в полном яда скольжении тела и свиваются в кольца порока2066 и не могут возвыситься ни до чего небесного.

6. Так войдем же во врата Господни, врата правды, которыми войдя, праведник да исповедается Господу!2067 Но это вход немногих. Потому Господь и говорит, что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их (Мф. 7. 14). Зато широки врата и пространен путь, которым идут многие (Мф. 7. 13); он устремлен к смерти и путников своих туда ведет. 7. Но да будет путь наш теснее, добродетель изобильнее, тропа уже, вера выше, дорога труднее, сила ума пусть переливается через край, будут стези наши правы, ибо неуклонен шаг добродетелей. Поэтому говорит Соломон: О, оставившие правые стези (Притч. 2. 13)!

8. Да будет шаг наш к вышнему, ибо лучше восходить, чем нисходить. Наконец, как сказано в сегодняшнем чтении: Горе тем, кто нисходит во Египет (Ис. 31. 1)! Однако не в Египет переходить преступно, а переходить к нравам египтян,2068 переходить к их лукавому вероломству и безобразной роскоши.2069 Кто туда переходит, нисходит, кто нисходит, падает. Итак, отвергнем человека–египтянина, а не Бога. Ибо сам царь египетский отдан во власть своих пороков; в сравнении с ним Моисей, повелевающий царствами, подчиняющий себе власти, сочтен богом. Поэтому и сказано ему, как мы читаем: Поставлю тебя богом царю фараону (Исх. 7. 1).2070

Будь здоров, и люби нас сыновней любовью, как и ныне любишь.