б)   Догматико-полемическое сочинение: 1)о свободном произволении, известное на греческом по печатным изданиям только в отрывках, но которое вполне сохранилось в древнем славян. переводе, состоит из разговора между валентинианином и православным. По содержанию это сочинение делятся на две части: в первой опровергается мнение Валентиниан, что материя есть начало зла, совечное Богу; во второй показывается, что зло есть дело свободной воли сотворенной.720

После вступления, в котором говорится о пользе слушания слова Божьего, валентинианин, указывая на противоположные явления в мире стройного и беспорядочного, доброго и злого, говорит, что кроме Бога, источника всего доброго, есть начало зла, совечное Богу, материя; Бог Творец приводил в порядок материю, отделяя в ней хорошее от худого, но худое неприкосновенно для Бога оно является в мире.

«Быть не может, отвечает православный, чтобы были вместе два несотворенные начала. Надобно бы было допустить одно из двух, или Бог отделен от материи или не отделен. Если скажешь, что они не соединены: то ты допустил, что не сотворенное одно; тогда каждое из двух будет частью другого; они, составляя между собой части, составляют не два не сотворенные, а одно, состоящее из разных, одно не сотворенное... Если же кто скажет, что Бог и материя отделены одно от другого: то необходимо – быть среднему между ними, чтό выказывало бы их отдельность, а каждое должно быть соединено с другим и след. должно быть одно несотворенное. «Если кто захочет принять третью мысль о несотворенном, именно, – что Бог не отделен от материи ни оба не соединены как части, но Бог находится в материи как в месте и материя в Боге удерживает значение содержащего: то значит, Бог объемлется и ограничивается материей... К тому же надобно допустить, что Бог был погружен в худом. Ибо если материя когда-то была в беспорядке; а Бог, желая привести ее в лучшее состояние, дал ей устройство; то было когда –  то, что Бог был в неустройстве и беспорядке». Далее показываются и другие нелепые последствия той мысли. Потом говорит: «если по-твоему материя была бескачественна и безобразна и мир устроен Богом, а в мире есть качества: то значит Бог Творец качеств...  Но думаешь ли, что качества сотворены из неготовых качеств...? Если Бог создал качества из неготовых качеств и не сотворены они из субстанций: то должен ты допустить, что качества созданы Богом из ничего. Почему называешь ты немыслимым то, что Бог созидает нечто из ничего? И у нас некоторые дела людей совершаются из ничего.  Напр. возьмем архитектора: он строит города из не городов, храмы из не храмов. Если думаешь, что так как у него готово вещество, не творит он ничто из ничего: то ошибаешься. Не вещество строит город или храм, а искусство».721

Что зло не может быть вечным и несотворенным, это выводится из самого понятия о нем. Это есть свойство или действие существа, а не самое существо; напр. убийство есть действие убийцы, а не самый убийца. Одно и то же железо является добром или злом, смотря по употреблению.722

Изложение учения о свободе – самая замечательная часть сочинения. «Если бы человек, говорит св. Мефодий, был сотворен чем-то состоящим из элементов, бесчувственно служащих Богу; то не получал бы награды достойной произволения, а был бы орудием виновника своего, не стоящий и наказания за зло. Человек не узнавал бы и лучшего, а знал бы только бытие. Потому, говорю, Бог, желая почтить человека и соделать способным узнавать лучшее, дал ему власть, по которой может делать, чтό хочет и его способность наклоняет к лучшему, не с тем, чтобы опять отнять свободу, но как отец убеждает сына учиться наукам... Человек создан свободным: это не значить, что какое-либо зло уже существовало, для избрания коего будто получил он способность; но ему дана способность, которою он может повиноваться или не повиноваться Богу, – в этом состоит произвол свободы. Созданный человек получает от Бога заповедь и зло начинается с того, что уже не повинуется он божественной заповеди; вот в чем одном и состоит зло – в неповиновении, которое сам начал. Нельзя назвать его (неповиновение) прирожденным, потому что оно совершается тем, кто рожден и сотворен».723

Допуская, что возможность зла – в свободе человека, св. Мефодий говорит, что обнаружение зла совершилось по возбуждению стороннего злого духа. При том решает он вопрос: в заповеди, данной Адаму не дана ли Богом диаволу возможность погубить человека? Нельзя обвинять врача, который указывает на средства для поддержания жизни, хотя бы тайная злость и воспользовалась указанным средством ко вреду человека. Если Бог знал, что диавол сделается злым: почему сотворил его или не истребил тогда, как обольстил он человека? Бог как всемощный, мог уничтожить диавола: но оставил его с тем, чтобы люди борьбой с злом унижали виновника зла и прославляли Творца мира. Для чего создан мир? Мы не в состоянии знать намерения и подобного нам человека, – тем более тайны Божьи. Но кое-что можем знать и о целях мира. Созданием мира Бог открыл славу свою, и человек наслаждается созерцанием сей славы. Потому человек обязан быть провозвестником славы Божьей.724

Известное в слав. переводе сочинение св. Мефодия «о житии и деянии разумне» – составляет продолжение и окончание творения его о свободной воле. Здесь решается вопрос о неравенстве участи людей. В обличение недовольных своей участью св. Meфодий говорит, что роптать за недостаток благ земных неумно: человек должен быть выше всего земного; Бог сотворил человека для деятельности, а не для наслаждений, расслабляющих тело и душу. Совершенное равенство не возможно, разнообразие – принадлежность совершенства, бедность допускается или как наказание за грехи или как предостережение от грехов. В конце св. Мефодий увещевает богатых помогать бедным.725

Догматико-полемическое сочинение овоскресении, на греческом известное ныне особенно по выпискам Епифания и по изложению Φοтия726, но в полном виде известное по древнему славян. переводу, – сочинение обширное. Оно состоит из трех слов, – где о предмете спорят Мефодий и Авксентий с одной стороны, Прокл и Аглаофант с другой. Содержание Мефодиева учение такое: – В составе человека, по плану, Творца тело – не темница души, как напротив думал Ориген, а существенная часть; по плану Творца тело создано бессмертным – и смерть явилась в следствие греха. Дело Божье должно восстановиться в своем виде. Смерть попускается с тем, чтобы с одной стороны разрушением телесного состава совсем изгладить грех в теле, который иначе живет до гроба и в лучшем Христианине; с другой – преобразованием испорченного состава исцелить в нем язвы греха. Таким образом первоначальное тело не должно уничтожиться; это было бы противно идее о Боге и человеке; оно только преобразится. Точно такая же перемена произойдет и со всем миром: он не уничтожится при кончине века, а преобразится. Так в изложении Мефодиева учения о воскресении заключается и учение его о наследственной порче греховной. Вот что пишет он об этом: «Пока тело живет, еще не умерло; необходимо живет в нем грех и скрытые в нас корни его действуют, какими бы наказаниями и обличениями ни были укрощаемы. Иначе после крещения мы не творили бы никакого греха, после того как грех совсем был бы уничтожен в нас. Но и после уверования, после того, как приступили к той освящающей воде, мы оказываемся повинными греху: никто не можете похвалиться, что он свободен от всякого греха, не допускает беззакония даже и мыслью. Верой грех укрощается и усыпляется до того, что не открывает плодов погибельных: и однако не истребляется с корнем. Теперь укрощаем отпрыски его, т.е. худые помышления, чтобы какой-либо корень горечи, поднимаясь вверх, не нанес нам скорби, не дозволяем путям и дыханиям зла являться наружу, обсекая как ножом, словом Божьим, выходящие от корня отрасли. Но в будущем состоянии всякое помышление о зле уничтожится».727

Сократ пишет: «Мефодий после того, как в книгах своих долго и строго преследовал Оригена, в разговоре своем ксенос как бы поя отповедь, выражает великое уважение к Оригену».728– Так как этими словами Сократ не говорите того, что св. Мефодий принял наконец предположения Оригеновы, которые опровергал он, и в Оригене много было такого, за что должно одобрять его даже и в его изложении догматического учения: то Бароний напрасно отвергал отзыв Сократа. Впрочем сочинение ксенос не дошло до нас.