Св. Ириней в деле с еретиками пользуется всею обширностью познаний своих, с диалектической тонкостью проследует врагов на всех путях их мысли: но везде обнаруживает преимущественно один отличительный характер – простую душевную любовь к преданию Апостольскому. Сей отличительный дух свой выразил он сам в одном своем письме, где так пишет о себе уже в старости: «я был отроком, когда видел тебя (Флорина) у Поликарпа. Я помню, чтό тогда происходило, более, нежели что ныне происходит. И теперь я могу описать тебе места, где обыкновенно сидел и беседовал бл. Поликарп; могу описать образ жизни его, вид тела, наставления, которые говорил он народу, близкое обращение, какое, как говорил он, имел с Иоанном и с прочими видевшими Господа, и все, чтό вспоминал он о сих словах, чтό слышал от них о Господе... Я слушал это тогда, по милости Божьей, с ревностью, и писал не на бумаге, а на сердце».446Быв свидетелем гибельных следствий, к которым приводил мечтательный гностицизм, домогавшийся преобразовать учение Христово, св. Ириней убеждал всего более обращаться к простой вере в Слово Божье и к руководству церкви. «Здравый, идущий безопасным путем, разум, говорил он, занимается только тем, чтό Бог дал во власть человеку и подчинил нашему ведению; а это есть то, чтό пред вашими глазами, чтό открыто и ясно выражено в св. писании. Лучше быть невеждой, а любовью приближаться к Богу, нежели слыть многосведущим и быть вместе врагом Божьим». Приводя после сего слова Апостола: знание надмевает, а любовь созидает, он так объясняет мысль Апостола и свою о значении знания: «Это не то значит, что будто он (Апостол) жалуется на истинное знание о Боге, – иначе он жаловался бы на себя, но то, что он знал, как некоторые надменные знанием отпали от любви к Богу».447Разнородным умствованиям гностиков св. Ириней противополагает единую истину Христову, проповедуемую Церковью по всей вселенной. «Церковь, говорит он, рассеяна по всей вселенной: но соблюдает веру, как будто занимает она один дом. Она одинаково верует, как будто имела одно сердце, одну душу. Проповедует единогласно, как будто одни у ней уста. Как солнце – творение Божье – одно и то же во всем мире: так одна и та же проповедуемая вера сияет повсюду, всех просвещает, приводя к познанию истины».448Основанием тому, почему в Церкви сохраняется одна и та же вера, он представляет две истины: в Церкви Слово Божье и в ней же поставляются тем же Духом Божьим учители веры. В Церкви, говорит он словами Апостола, Бог положил Апостолов, Пророков, учителей (1Кор. 12:28). «Где Церковь, там и Дух Божий, и где Дух Божий, там и Церковь и всякая благодать.449Должно повиноваться Пресвитерам Церкви, происходящим преемственно от Апостолов, и по благоволению Отца, вместе с преемством Епископства, получившим истинные дары».450«Основаться на Божественном писании, которое есть известная и несомненная истина – означает созидать дом свой на твердом камне: а оставив сие основаться на каких-либо мнениях – означает – готовить себе погибель».451

О ветхозаветном каноне св. писания св. Ириней не передает определения Церкви: но о Евангелиях прямо говорит, что их не более и не менее, как четыре.452Апокалипсис и три посланы Иоанна приводит под определенным наименованием писаний Иоанна ученика Господня.453В сочинении против ересей не приводит он мест из послания к Евреям: но говорил о нем, по свидетельству Евсевия, в книге различных мыслей, не дошедшей до нас.454

Превосходное обличение его всем реформаторам веры, принимающим на себя поправлять учение Апостолов, будто бы писавших только приспособительно к своему времени, мы уже видели.455Вот еще слова его о том же: «Безумно утверждать, как однако ж дерзают некоторые, выдавая себя за исправителей самых Апостолов, будто Апостолы проповедовали Евангелие, не получив полного и совершенного ведения. После воскресения Господа нашего Апостолы чрез нисшествие на них Духа святого получили силу свыше и исполнились всеми дарами Его. С того времени они обладали совершенным знанием и, разойдясь по всем концам земли, возвещали о дарованных нам Богом благах».456

Подробно объяснял св. Ириней отношение В. Завета к Новому457; ясно и отчетливо излагал учение о Боге творце мира и человека458, о Божестве Сына Божьего и о лице Христа Иисуса459, о воскресении мертвых460и о Св. Евхаристии.461

Весьма замечателен символ веры древней Церкви, выставляемый св. Иринеем в обличение произволам еретиков.

«Церковь, пишет он, рассеянная по всей вселенной до концов земли, от Апостолов и учеников их приняла веру: во единого Бога Отца, Вседержителя, сотворившего небо и землю и моря и все, что в них находится, и во единого Христа Иисуса, Сына Божьего, воплотившегося для нашего спасения, и в Духа Святого, чрез Пророков предвозвестившего пришествие и рождение от Девы и страдание и воскресение из мертвых и во плоти вознесение на небо возлюбленного Христа Иисуса Господа Нашего, а также и явление Его с небес во славе Отчей, чтобывозглавить всяческая(Еф.1:10) и воскресить всякую плоть человеческого естества, да пред Иисусом Христом Господом нашим и Богом, Спасителем и Царем, по благоволению Отца невидимого,преклонится всяко коленои да сотворит Он суд над всеми; духов злобы ангелов, согрешивших и отпадших, а также неправедных, нечестивых и богохульных людей пошлет Он в огонь вечный, напротив праведным и святым, соблюдавшим заповеди Его и пребывшим в любви к Нему дарует жизнь, нетление и вечную славу».462

Клерик резко обвинял св. Иринея в том, будто он приводит в доказательство аллегории. Правда, он иногда пользуется аллегорическим толкованием писания в обличениях еретикам: но редко и только тогда, как есть случай воспользоваться против врагов собственным их оружием. Сам же он не был расположен к аллегорическим созерцаниям и обличал еретиков за произвольное толкование Притчей.463Не отвергая того, чего не отвергнет и каждый здравомыслящий, т.е. что и по началам психологическим и по началам веры есть иносказательный образ мыслей, он справедливо замечал: «Образ [τύπος] по содержанию и сущности своей несколько различен от подлинника; а по облику и очертанию он имеет сходство с ним и сходными чертами представляет настоящим то, чтό еще не есть настоящее».464Ошибки Иринея были другого рода. Относительно некоторых предметов, но несущественных предметов веры имел он свои мнения, как на пр. о тысячелетнем царстве Христовом465, о телесности духов.466