Что такое вера? Что значит доверить свою жизнь Христу? Возможно, десятая глава Послания к Римлянам лучше других отрывков проливает свет на этот вопрос. Здесь Павел говорит:

Ибо если устами твоими будешь исповедывать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься, потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению. Ибо Писание говорит: всякий, верующий в Него, не постыдится. Здесь нет различия между Иудеем и Еллином, потому что один Господь у всех, богатый для всех, призывающих Его. Ибо всякий, кто призовет имя Господне, спасется. Но как призывать Того, в Кого не уверовали? как веровать в Того у о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего?

И как проповедывать, если не будут посланы? как написано: как прекрасны ноги благовествующих мир, благовествующих благое! (Рим.10:9-15).

В этом отрывке Павел описывает спасительную веру в ее разных проявлениях: как исповедание того, что Христос есть Господь, как веру в то, что спасительные события его жизни (особенно воскресение) на самом деле имели место в истории, как доверие Богу или Христу, и как взывание к нему. Кроме того, Павел показывает своеобразный механизм зарождения веры: Бог посылает проповедников для провозглашения вести о Христе, люди слышат эту весть, начинают верить в Христа и обращаются к нему за спасением. Чуть ниже Павел говорит: «Итак вера от слышания, а слышание от слова Божия» (Рим.10:17). В этом состоит модель провозглашения и последующего уверования, которое Бог использовал для обращения людей к Христу на протяжении всей христианской истории.

Тем не менее, в протестантском движении, и особенно в современных евангельских кругах, нас редко устраивает такое простое определение веры, как, впрочем, и способ ее зарождения. Так как мы провозглашаем учение об оправдании одной верой, мы склонны проводить четкое разграничение между верой и делами, отметая прочь все, что подпадает под категорию дел, как не имеющее важности для спасения. Учитывая это обстоятельство, нас может удивить тот факт, что в ранней церкви было относительно мало интереса к тому, чтобы найти четкое определение веры или отделить ее от дел. Для кого-то это может послужить основанием для обвинения первых христиан в том, что они верили в спасение по делам, но это будет неоправданный укор. На мой взгляд, они не только не отрицали оправдание по вере, но и с большим энтузиазмом исповедовали эту великую библейскую истину, чем порой это получается у нас; их способ провозглашения этой истины отличался от нашего.

Задумаемся на мгновение о том, как мы, евангельские христиане, говорим о вере и делах. Помня о том, что мы наследники протестантской Реформации, мы говорим, что на спасение не влияет никакое человеческое дело; все, что требуется – совершает сам Бог. Именно такой смысл мы вкладываем, когда противопоставляем веру и дела. По этой причине мы также считаем, что такие выражения нашего богопочитания, как молитва, чтение Библии, крещение и вечеря Господня, должны восприниматься как дела, которые хоть и являются важной частью христианской жизни, все же не влияют на наше спасение. В то же время, оставаясь верными своим корням современного пиетизма и ревайвализма, многие из нас склонны считать, что зарождение веры должно сопровождаться явными подтверждающими признаками, по-разному представляемыми нами как обязательный элемент веры. Этим элементом веры может быть прохождение конфирмации, выход к кафедре для покаяния, произнесение молитвы в конце буклета с четырьмя духовными законами, или хотя бы эмоциональный подъем во время палаточной евангелизации. Мы создали для себя различные модели того, что должно произойти до или после появления настоящей веры. Вместе с тем мы говорим, что молитва покаяния не относится к делам; она всего лишь свидетельствует о вере. А вот денежное пожертвование бедным относится к делам и посему считается не началом веры, а тем, что верующий человек делает впоследствии, живя христианской жизнью. Следует заметить, что создавая подобные модели, мы сосредотачиваемся на самих себе. Мы спрашиваем себя о том, что нам необходимо сделать для спасения, парадоксально полагая, что сделать ничего нельзя, и наряду с тем представляем себе определенные дела, которые человек должен сделать в доказательство своей веры. Даже простое утверждение о том, что «нам нужно иметь веру» представляет собой неосознанную сосредоточенность на нас самих.

Посмотрим на это с точки зрения святоотеческой традиции. Отцы церкви обычно не пытались дать определение вере и не разграничивали религиозные действия в зависимости от того, какие из них следует относить к делам, а какие – к вере. Вместо этого они писали о вере с точки зрения того, каков ее объект. Они постоянно писали о Боге Троице. Они постоянно писали о Христе. Они много говорили о Святом Духе, хотя и не так много, как о двух других лицах Троицы. Вот почему ранняя церковь сумела создать великие символы веры о Троице и о личности Христа, но не оставила после себя никаких символов, касающихся того, в какой момент начинается вера или что она из себя представляет. Так же как у Отцов церкви не было четкого учения о Писании, хотя при этом они жили в подчинении ему, так и не было у них четкого определения веры, хотя вся их жизнь была подвигом веры ради Бога.

Я считаю, что здесь у нас есть чему поучиться у Отцов церкви, ведь задавая вопрос о том, что такое вера и есть ли она у человека, мы неосознанно упускаем тот факт, что она уже есть у каждого. Каждый человек верит во что-то или в кого-то. Иными словами, все люди доверяют кому-то или чему-то, когда дело касается вопросов нашей реализации, счастья или других ценностей жизни. Многие из нас доверяют свою жизнь самим себе. Кто-то доверяет ее той или иной религии или философскому мировоззрению. Кто-то доверяет свою жизнь другому человеку, а кто-то – определенному институту. Христианство же учит тому, что доверие может спасти лишь в том случае, если оно направлено на Христа. У него есть нечто поистине ценное для нашей жизни, а именно его взаимоотношения с Отцом. Он проявил к нам невероятной глубины любовь. Он способен соединить нас со своим Отцом, сделать нас приемными сыновьями и дочерьми. В его руках наша жизнь намного безопасней, нежели в чьих-либо других, будь то мы сами или какой-либо институт или философия. Лишь на него следует устремлять свой взор и ему доверять. Иисус говорит: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф.11:28). Посему евангельским христианам лучше уделять меньше времени определениям веры и больше тому, чтобы направить людей к единственно истинному объекту их веры – Иисусу Христу Обращение в христианство – это не столько процесс приобретения веры, сколько изменение объекта веры.[120]

Если мы согласны с тем, что лучше сосредотачиваться на том, кому мы доверяем, нежели на том, что составляет суть веры или в чем ее отличие от дел, то нам будет легче понять связь между нашей верой и Христовой смертью и его воскресением. В предыдущей главе мы видели, что человечество Христа представляет собой наше собственное человечество, поэтому его отдаление от Отца за наши грехи и последующее принятие (по своему человечеству) открыло нам путь к Отцу благодаря нашему союзу с Христом через его человечество. Вот почему новозаветные авторы настаивают на том, что смерть и воскресение Христа – это больше, нежели просто средство нашего спасения. В Рим.3:25Павел представляет личность Христа как место, где приносится искупительная жертва; спасение происходит в нем самом. Позже в своем послании он пишет:

Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились? Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены иподобием воскресения, зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху; ибо умерший освободился от греха (Рим.6:3-7).

Павел говорит здесь, что посредством крещения, а значит, и посредством зародившейся веры во Христа (так как в Новом Завете крещение именно с этим и ассоциировалось), верующие умирали с Христом и вместе с ним погребались и воскрешали. Эти центральные события из жизни Христа важны потому, что мы приобщаемся к ним благодаря человечеству Христа, представляющего собой наше человечество и замещающего его собой. Таким образом, мы приобщаемся к Богу Сыну, который как человек прошел через смерть и воскресение ради нас.

Также мы видели, что в Еф.2:1-3 Павел таким же образом говорит о том, что после грехопадения люди рождаются мертвыми. Далее Павел пишет: «Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас, и нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом, — благодатью вы спасены, — и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф.2:4-6). Мы вновь видим, что наше оживотворение напрямую связано с Христом. Мы были оживотворены «со Христом», то есть благодаря его оживотворению через воскресение. Мы были воскрешены «с Ним (т. е. Христом)», и с ним же посажены на небеса после его вознесения к Отцу.

КИРИЛЛ ИЕРУСАЛИМСКИЙ О ПРИОБЩЕНИИ ВЕРУЮЩИХ К СМЕРТИ И ВОСКРЕСЕНИЮ ХРИСТА (ОК. 385 Г.):

Вы были наги пред очами всех, и не стыдилися. Подлинно вы носили образ первозданного Адама, который был наг в раю, и не стыдился. Потом совлекшись, вы были помазаны елеем заклинательным, от верха главы даже до ног, и со делались приобщенными к доброй маслине, Иисусу Христу. Ибо отсекшись от дикой маслины, вы прилепились к доброй маслине, и приобщилися к туку доброй маслины… После сего вы были ведомы ко Святой купели Божественного крещения, таким же образом, как Христос был ведом от Креста к предлежащему Ему гробу…

Вы исповедали спасительное исповедание, и погружались троекратно в воду, и троекратно появлялись из нее. Этим самым вы знаменательно изобразили трехдневное погребение Христово…

Вы одновременно и умерли, и родились, и оная спасительная вода была вам и гроб, и матерь (Поун. тайное. 2.2-4 [Yarnold, 173-74]).[121]

В контексте подобных рассуждений Павел делает свое известное заявление: «Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился» (Еф.2:8-9). Наше спасение дается нам не просто потому, что оно было совершено Христом. Наше спасение происходит, когда вследствие нашей веры во Христа по дару Божьей благодати мы проходим вместе с ним через его жизнь, смерть и воскресение. Он сошел на землю для того, чтобы приобщиться к человеческой жизни, понести на себе человеческий грех, стать нашим братом и соделаться грехом ради нас. Приобщаясь к его жизни, смерти и воскресению, мы приобщаемся к его вечным взаимоотношениям с Отцом.

Один из способов, с помощью которого в ранней церкви учили новообращенных христиан о прямой связи между нашей жизнью и жизнью Христа – это специальные проповеди, разработанные для кандидатов на крещение. Эти проповеди представляли собой так называемые катехизисы, которые, как правило, включали беседу о лицах Троицы и значении крещения. От Отцов церкви до нас дошло несколько таких бесед, одна из которых была написана величайшим богословом Кириллом Иерусалимским, жившем в четвертом столетии.[122]В приведенной выше цитате Кирилл обращается к новообращенным верующим, только что принявшим крещение. Заметьте, насколько ярко Кирилл показывает взаимосвязь между событиями из Христовой жизни и жизнью верующих, подчеркивая при этом, что для первого эти события были реальностью, в то время как для последних – только символом.[123]Заметьте также, что говоря об исповедании веры новообращенных перед крещением, Кирилл называет его «спасительным», подразумевая тем самым, что верующего с Христом связывает не просто акт крещения, а вера. В следующей цитате из трудов Кирилла Иерусалимского автор объясняет эту связь между христианином и Христом подробнее. Как только мы направляем свою веру на Христа (принимая крещение в знак выражения этой веры), мы приобщаемся к нему в его распятии, смерти и воскресении, чтобы получить в нем спасение, суть которого – приобщение к его общению с Отцом.[124]

КИРИЛЛ ИЕРУСАЛИМСКИЙ О ЗНАЧЕНИИ ПРИОБЩЕНИЯ ВЕРУЮЩИХ КО ХРИСТУ (ОК. 385 Г.):

О странное и чудное дело! Не истинно мы умерли, не истинно погребены были, равно как и не истинно по распятии воскресли; это случилось лишь по образу подражания, тогда как спасение произошло для нас по истине. Христос был истинно распят, истинно погребен, истинно и воскрес: и все сие дал нам по благодати, чтобы приобщившись к Нему в подобии Его страданий, смогли приобрести спасение в истине… Итак, да не думает никто, что крещение лишь указывает на прощение грехов и благодать усыновления, как в случае с Иоанновым крещением. Нам следует четко понимать, что крещение очищает наши грехи и сообщает дар Святого Духа, являясь изображением страстей Христовых… Это должно помочь нам уразуметь, что Христос претерпел страдания «ради нас и нашего спасения» самою истиною, а не привидением, и что мы суть общники Его страданий (Лоуч, тайное. 2.5-7 [Yar- nold, 174-75]).[125]